продвижение квакерских идей

В 1882 году в Лондоне была опубликована статья Джорджа Кинга под названием «Должно ли Евангелие быть проповедано нынешнему поколению китайцев?». Некоторые члены Общества Друзей, прочитав ее, были поражены тем, что Общество до сих пор не имеет представителей, занимающихся миссионерской деятельностью в Китае. Три года спустя, в 1885 году, Зарубежная миссионерская ассоциация Друзей Лондонского годового собрания определила двух ирландских Друзей — Роберта Дэвидсона и его жену Мэри — для миссионерской работы в этой далекой восточной стране. Они покинули Англию в сентябре 1886 года и в следующем году прибыли в Китай. Там они направились в юго-западную провинцию Сычуань. Из-за противодействия местных властей им потребовалось несколько лет для того, чтобы найти место для долгосрочного проживания и работы.

В 1889 году Дэвидсоны поселились в Чунцине (юго-западный Китай), портовом городе на реке Янцзы. Первым домом миссии стало большое помещение на улице Белого Драконьего Источника. В марте 1890 года состоялось первое богослужение, а вскоре после этого была открыта амбулатория. Чуть позже к ним из Великобритании прибыл еще один миссионер — Фредерик Дин; в 1892 году он основал школу для мальчиков. В том же году в Чунцин прибыли еще четыре миссионера, и миссионерской группой была создана школа для девочек. В марте 1894 года был открыт Дом собраний.

Меня часто беспокоит то, что мы, квакеры, живем лишь за счет достижений наших предшественников.

Работая в хранилищах квакерских архивов в Вудбруке, я понял, что хочу сам внести свой вклад и помочь другим внести свой вклад в то, чтобы помочь нам осмыслить, как не просто быть хранителями веры прошлых лет, но и найти пути адаптации и новой интерпретации нашей истории в нынешнем мире.

И потому, помимо вопросов истории и теологии, это привело меня к пониманию того, что Друзьям необходимо взять за образец такую сферу деятельности как миссиология.

Иногда мы неохотно говорим о нашем квакерстве с друзьями, соседями и коллегами. В своем (пока еще неопубликованном) исследовании о том, как мы выражаем квакерскую духовность среди коллег по работе, я привожу беседу с одним человеком. Он сказал, что когда его коллега узнал, что он квакер, то был ошеломлен: «Я работал рядом с тобой пять лет и понятия не имел, что ты квакер».

В диссертационном исследовании Марка Рида о квакерах на рабочем месте автор передает слова одного Друга: «Мне труднее сказать людям, что я квакер, чем признаться, что я гей». Другой сказал ему, что это «как-будто сообщить, что у тебя две головы».

Многие из нас испытывают тревогу, когда приходится говорить о квакерстве. Но это не должно быть сложнее, чем говорить о том, что ты волонтер в детской организации, любительница вязания, отец, член профсоюза или занимаешься любой другой деятельностью, которая составляет часть вашей индивидуальности.

Заметки из архивов квакерского Годового собрания Озера Эри, США. 1964 г.

Элис Боулдинг только что вернулась из Японии. Она со своей семьей прожила там год и делится с нами очень интересной картиной психологических проблем, с которыми сталкиваются квакерские собрания в Японии и Корее. В настоящее время в этих квакерских группах не заметно быстрого роста, но у них обеих есть потенциал к большому будущему.

В Японии традиционные модели преданности и повиновения до сих пор препятствуют совместному участию семьи в квакерских собраниях, что было бы привычно у нас. Как на селе, так и в городе мужчины проводят нерабочее время, как правило, исключительно в компаниях на основе своих профессиональных связей.

Члены Московского квакерского собрания Наталья Журавенкова и Сергей Грушко – координаторы проекта по переводам, осуществляемого международной организацией Friends House Moscow ("Дом Друзей в Москве") – делятся своими впечатлениями об этой деятельности с читателями американского квакерского журнала Friends Journal.

 
1. Зачем переводить

"Квакерство невозможно передать словами", – такое мнение высказала одна пожилая, авторитетная и очень опытная женщина-квакер, когда лет 15 назад стал активно обсуждаться вопрос о том, стоит ли уделять больше внимания переводам квакерских текстов на русский язык. "Какой смысл переводить, скажем, главу 16 британской Веры и практики, где речь идёт о чисто английских процедурах квакерского бракосочетания?" – задавала она резонный вопрос. Та дискуссия шла у нас без малого 10 лет, то разгораясь, то угасая. Она помогла нам лучше понять и осознать то, что прежде ощущалось скорее на уровне чувств и на уровне культурных потребностей русскоязычной части нашего интернационального сообщества.

26 мая 1868 года в Британии была создана Квакерская ассоциация зарубежных миссий (FFMA). Это позволило Обществу Друзей поставить миссионерскую деятельность и работу по оказанию помощи в других странах на постоянную основу. С тех пор эта работа в той или иной форме продолжается. Предварительно был создан временный комитет, члены которого впервые встретились тоже 26 мая – 1865 года, и работа началась под его эгидой. Но официально Ассоциация была учреждена в 1868 году.

Квакеров не обошло стороной рвение евангелизации, которое в начале XIX века вспыхнуло во многих конфессиях. В частности этот зов с большим энтузиазмом воспринял Джордж Ричардсон (1773–1862). Он был много путешествующим квакерским служителем, которого особенно волновали такие вопросы, как мир, отказ от алкоголя и борьба с рабством. Он стал страстным сторонником миссионерской работы и много писал Друзьям, чтобы усилить поддержку подобных инициатив. В 1860 году Ричардсон сообщил: «Благодаря обширной переписке в настоящее время установлено, что большое количество Друзей сердечно одобряет попытку продвижения в этой сфере…»

В XVIII и XIX веках торговцы-квакеры из Великобритании, Ирландии и Северной Америки активно занимались торговлей в Китае. Поэтому когда в 1830-х годах Британия принялась навязывать там торговлю опиумом, Друзья были полностью в курсе этих событий и выступали с протестами. Китайские власти знали об этом, и торговцам-квакерам было разрешено продолжать вести дела в этой стране, когда все другие иностранцы были высланы.

К 1870-м годам квакеры оказались охвачены движением евангелизации, и в 1886 году Квакерская ассоциация зарубежных миссий (FFMA) отправила в Китай ирландских Друзей – Роберта и Мэри Джейн Дэвидсонов, а затем еще несколько человек. Они организовали миссию в Чунцине, провинция Сычуань, далеко на западе страны, а затем открыли второй миссионерский центр – в Чэнду, столице Сычуани.

Хотя количество новообращенных было невелико (когда в 1904 году появилось Сычуаньское годовое собрание, в нем состояло всего 56 квакеров-китайцев), работа миссионеров оказала значительное влияние на местное сообщество.

Историю миссии Каймоси, которая была основана в 1902 году на западе Кении, часто рассказывают и сильно романтизируют. Однако мало что пишут о том, как выглядит эта история со стороны африканцев. Перед нами предстают пропагандистского рода отчеты, отражающие точку зрения миссионеров и предназначенные для аудитории из североамериканских благотворителей. Но даже в таком виде эти отчеты содержат поучительные сведения, и при написании этой статьи я использовала брошюру под названием «Африканская индустриальная миссия Друзей». Она была опубликована в 1905 году самой Африканской индустриальной миссией Друзей, через три года после прибытия миссионеров в Кению. Содержание брошюры изложено волнительным тоном. Во введении мы читаем: «На нашей миссионерской станции в Каймоси история создается столь быстро, что, прежде чем читатель дочитает эту книгу, к содержащейся в ней информации можно будет много что добавить».

Все началось с того, что группа молодых Друзей из квакерского колледжа в Кантоне, штат Огайо, ныне известного как университет Мэлоуна, организовала Африканскую индустриальную миссию Друзей. В 1900 и 1901 годах они много ездили по североамериканским годовым собраниями для того, чтобы собрать средства и найти волонтеров в комитет поддержки. Ключевой целью этих усилий было распространять христианство среди народности кавирондо (ныне лухья) в оккупированной Британией Восточной Африке, одновременно неся тамошним жителям техническую грамотность, так чтобы с самого начала новая церковь могла быть финансово самодостаточной.

Эта статья является переводом одной из глав воспоминаний Питера Джармана (Великобритания) о его работе в СССР и России. Он и его жена Росвита были первыми официальными представителями Религиозного общества Друзей (квакеров) в нашей стране после «железного занавеса». Перевод выполнен Сергеем Никитиным, который был сотрудником квакерского офиса в Москве в 1998–2002 годах. Англоязычный оригинал в полном виде нигде не публиковался.

В 1986 году (1) Михаил Горбачев был избран Генеральным секретарем Коммунистической партии Советского Союза, и комитет «Запад – Восток» Квакерской Службы Мира (QPS) через высокопоставленного советского дипломата в Лондоне обратился к нему с просьбой дать согласие на открытие квакерского офиса в Москве и на назначение представителей квакеров в этот офис. Просьбу вежливо, но решительно отклонили. В 1990 году Росвита и я были назначены представителями квакеров в Москве, но не имели права там проживать. Однако, как говорит русская пословица, что, если вы обнаружите, что входная дверь дома заперта, найдите слегка приоткрытую боковую дверь (2). В 1983 году один из членов Государственного совета по делам религий (3) дал нам совет, суть которого сводилась к следующему: если квакеры хотят вновь обосноваться в Москве, они должны подать заявление на получение журналистских виз. Попечители британского квакерского еженедельника The Friend («Друг») дали согласие на то, чтобы я мог стать московским корреспондентом этого издания (с тиражом всего несколько тысяч экземпляров) – их единственным иностранным корреспондентом! Я отправил официальный запрос на аккредитацию младшему аппаратчику в министерстве печати в Москве. В течение года я периодически заглядывал к нему, и он вежливо предлагал выпить чёрного кофе и выражал сожаление в связи с тем, что на моё заявление пока нет никакого ответа. Когда я заскочил в пятый или шестой раз, чтобы убедиться, что по-прежнему нет никаких новостей, он удивил меня, сказав: «Питер, никаких проблем. Вот ваша аккредитация»! После этого мы с Росвитой смогли получить многократные российские визы, причём бесплатно, однако с большими бюрократическими хлопотами.

Проработав в России с 1916 по 1919 г., квакеры — как британские, так и американские — хотели вернуться в страну, где, как им казалось, строилось совершенно новое общество. И в самом деле, все перемены произошли на их глазах: приехав в Россию царскую, они покинули РСФСР, Россию большевистскую. Правда, Бузулук к моменту отъезда квакерской миссии, был в руках чехословацких легионеров, но Теодор Ригг со своей невестой Эстер Уайт переходил мост через реку Сестру под присмотром красноармейцев.

Уже в 1920 году двоим квакерам, Хинману и Бейкеру, разрешили въехать в Советскую Россию — на короткий промежуток, для доставки гуманитарной помощи детям Москвы и Петрограда. В том же году, чуть позже, впустили Артура Уоттса, британского квакера. Он тоже прибыл с грузом гуманитарной помощи (в основном, продукты питания) и планировал и дальше оставаться в стране, координируя поставки квакерских грузов из-за рубежа. Квакеры старались добиться большего числа разрешений на въезд. Они и в самом деле стремились помочь страдающим от голода детям, и в то же время, они хотели продолжить общение с русскими пацифистами, толстовцами, — со всеми теми, кто был им близок духовно.

Работавшая больше двух лет в Бузулуке и его окрестностях британско-американская квакерская миссия планировала в 1918 году сворачивать свою деятельность. Ситуация в стране изменилась за два года самым кардинальным образом, да и страны, в которую приехали в апреле 1916 года английские квакеры, уже не существовало. Однако идея продолжения работы, продолжения сотрудничества квакеров с русским народом, не уходила из головы руководителя Английской миссии Теодора Ригга. В мае 1918 года он писал об идее квакерского посольства в России в Лондон:

«Вероятно, вы помните, что несколько месяцев назад в небольшом журнале Квакерской организации помощи жертвам войны появилась статья, в которой предлагалось организовать небольшую группу людей — на постоянной основе — в России, как и в других странах, и тем самым поддерживать связь с жизнью в России, вносить свой вклад с нашей стороны, опираясь на то умение, на тот энтузиазм, на те идеалы, которыми бы указанная группа людей обладала. Некоторые из наших работников считают, что здесь, в Бузулукском уезде, почва для приезда такой группы людей, которые были бы готовы жить в деревнях, бок о бок с крестьянами — если мы сможем найти таких людей — подготовлена»​.

В конце XIX века американский Друг Уиллис Хочкис предложил Американскому совету Друзей по зарубежным миссиям (AFBFM) отправить миссию в Кению. Это могла бы быть «производственная миссия», сочетающая евангелизацию с увеличением доходов и профессиональной подготовкой. Он был уверен, что успешная миссия должна была заниматься чем-то большим, чем евангелизация.

AFBFM помочь не смог, поэтому Хочкис вернулся в свой старый колледж, Библейский Институт Друзей, в Кливленде, штат Огайо. Там эти мечты вдохновили его ученика, Артура Чилсона, и вскоре они вместе занялись сбором средств для этого дела. В 1902 году они и третий миссионер, Эдгар Хоул, уже были готовы отправиться в Кению для создания Африканской производственной миссии Друзей.