Панорама

26 мая 1868 года в Британии была создана Квакерская ассоциация зарубежных миссий (FFMA). Это позволило Обществу Друзей поставить миссионерскую деятельность и работу по оказанию помощи в других странах на постоянную основу. С тех пор эта работа в той или иной форме продолжается. Предварительно был создан временный комитет, члены которого впервые встретились тоже 26 мая – 1865 года, и работа началась под его эгидой. Но официально Ассоциация была учреждена в 1868 году.

Квакеров не обошло стороной рвение евангелизации, которое в начале XIX века вспыхнуло во многих конфессиях. В частности этот зов с большим энтузиазмом воспринял Джордж Ричардсон (1773–1862). Он был много путешествующим квакерским служителем, которого особенно волновали такие вопросы, как мир, отказ от алкоголя и борьба с рабством. Он стал страстным сторонником миссионерской работы и много писал Друзьям, чтобы усилить поддержку подобных инициатив. В 1860 году Ричардсон сообщил: «Благодаря обширной переписке в настоящее время установлено, что большое количество Друзей сердечно одобряет попытку продвижения в этой сфере…»

В XVIII и XIX веках торговцы-квакеры из Великобритании, Ирландии и Северной Америки активно занимались торговлей в Китае. Поэтому когда в 1830-х годах Британия принялась навязывать там торговлю опиумом, Друзья были полностью в курсе этих событий и выступали с протестами. Китайские власти знали об этом, и торговцам-квакерам было разрешено продолжать вести дела в этой стране, когда все другие иностранцы были высланы.

К 1870-м годам квакеры оказались охвачены движением евангелизации, и в 1886 году Квакерская ассоциация зарубежных миссий (FFMA) отправила в Китай ирландских Друзей – Роберта и Мэри Джейн Дэвидсонов, а затем еще несколько человек. Они организовали миссию в Чунцине, провинция Сычуань, далеко на западе страны, а затем открыли второй миссионерский центр – в Чэнду, столице Сычуани.

Хотя количество новообращенных было невелико (когда в 1904 году появилось Сычуаньское годовое собрание, в нем состояло всего 56 квакеров-китайцев), работа миссионеров оказала значительное влияние на местное сообщество.

До Всемирной конференции Друзей 1937 года Друзья со всего мира и из разных ветвей Религиозного Общества в августе 1920 года встретились на Всеобщей конференции Друзей, организованной Лондонским (ныне Британским) Годовым собранием. Лондонские Друзья разослали приглашения еще в 1916 году, в разгар Первой мировой войны. Их побудительной причиной было желание тщательно рассмотреть свидетельство Друзей против войн.

Это был смелый шаг. В 1916 году квакерский мир состоял из нескольких почти полностью изолированных друг от друга содружеств, или «кругов общения». После разделений XIX века в североамериканских квакерских собраниях Друзья придерживались дипломатических соглашений, которые были совершенно похожи на те, которыми пользуются в наше время для поездок между Израилем и арабскими странами. В протоколах собраний то и дело встречаются фразы «те, с кем мы общаемся», «другие в этом городе, которые называют себя Друзьями», «другая организация», или «наше Годовое собрание» и «их Годовое собрание». Каждая группа с трудом признавала существование других Друзей даже в своем регионе.

В издательстве Новое литературное обозрение вышла книга Сергея Никитина «Как квакеры спасали Россию».

Аннотация: Ужасающий голод 1921 года поставил советскую власть перед неизбежным решением: признать катастрофу и принять иностранную помощь. В течение короткого времени были подписаны более двадцати договоров с международными организациями, изъявившими желание помогать Советской России. Третьим в этом списке был договор Наркомпрода с квакерами. Квакеры, или Религиозное общество Друзей, — это протестантская христианская церковь, история взаимодействия которой с Россией начинается в XVII веке. С 1916 по 1931 год квакеры смогли вполне мирно и плодотворно сотрудничать со всеми властями: с чиновниками царской России, с чехословацкими легионерами и большевиками. Это сотрудничество способствовало спасению сотен тысяч людей, которые выжили благодаря квакерским пайкам, врачам, тракторам и лошадям. В России практически ничего не известно об этой помощи, имена спасителей забыты, добрые дела преданы забвению. Сергей Никитин, многолетний представитель Amnesty International в России и исследователь истории квакеров, своею книгой стремится восстановить историческую справедливость. Книгу предваряет вступительная статья старшего научного сотрудника ИРИ РАН и члена Вольного исторического общества Владислава Аксенова, вводящая квакерские инициативы в социально-политический контекст эпохи.

«Домашний карантин может объяснить людям, что такое тюрьма», – говорит британец Ричард; в настоящее время он отбывает срок в тюрьме.

До появления коронавируса мало кто задумывался о том, каково быть взаперти большую часть дня. Сейчас многим из тех, кто находится на домашнем карантине, трудно справиться с такой жизнью даже в течение нескольких недель. Возможно, со временем люди могут оценить психологическую жестокость принудительного многолетнего заключения человека в тюрьме.

Я научился справляться с этим благодаря регулярному посещению квакерских собраний. Но высокий уровень самоубийств в тюрьмах показывает, что у многих справиться не получается.

Причина, по которой церкви терпят неудачу, состоит в том, что они не знают как построить отношения между людьми. Мы должны стать сообществом.

Майк Чонг Перкинсон, соавтор книги «Органичная Реформация»

Первооткрыватели музыкальных форм... использовали их в качестве отправной точки для свободного создания музыки. Однако современные композиторы сдерживают себя ограничивающими формами, которые со временем только закалялись. Разве это не странно, требовать от композитора оригинальности, при этом запрещая её в отношении формы? …Музыка была рождена свободной, и её судьба – получить освобождение.

Кен Блэклок цитирует Ферруччо Бузони

В моей читательской группе недавно закончили читать книгу про «завязавших»*, написанную Джошем Пэккардом и Эшли Хоуп «Беженцы из Церкви: Социологи рассказывают почему люди завязали с церковью, но не с верой». Авторы опрашивали по всей стране людей, покинувших церковь, и нашли ряд поразительных закономерностей в их ответах. Один из ключевых моментов связан с явлением, хорошо описанным Райном Фреймом как «принесение в жертву сообщества ради сохранения института». Для Друзей это особенно актуально в свете недавнего раскола в Годовом собрании Индианы и продолжающегося конфликта в Годовых собраниях Северной Каролины и Северо-Запада.

* Здесь используется термин dones, про людей, прекративших общение с церковью и общиной, и возможно отказавшихся от религиозного мировоззрения в принципе, – прим. перев.

Когда я был ребенком, одним из самых восхитительных для меня событий была отмена занятий в школе. Это было похоже на подарок, – я просыпался и слышал от мамы с папой, что школа сегодня закрыта. Обычно из-за снегопада. Все дети моего городка брали санки и отправлялись на горку в парке, располагавшемся недалеко от школы. Сейчас это кажется забавным, но в то время было вполне логично.

Поначалу отмена молитвенных собраний в течение трех недель была чем-то на это похожа. Подарок в виде неожиданных каникул. Но теперь, когда эпидемия затягивается, Центр по контролю над заболеваниями сообщает, что период социальной изоляции может продолжится даже в летние месяцы. Внезапно то, что казалось приятным отдыхом на выходных, превратилось в фактическое увольнение. Закрываются публичные библиотеки, школы, церкви – все места, где мы собираемся, где происходит наше становление. Все стало настолько серьезно, что мы, квакеры, даже не можем по средам встречаться за обедом в кафе «Клейтон».

В период социального дистанцирования квакеры быстро перестроились на онлайн богослужения.

За последний месяц много того, что раньше казалось невозможным, вдруг стало реальным. Это, безусловно, верно и для Религиозного общества Друзей, членов которого также называют квакерами.

Вплоть до марта 2020 года мое квакерское собрание в Филадельфии, как и многие собрания по всему миру, твердо придерживалось принципа: «Не фотографировать на молитвенных собраниях, даже на свадебных». Но 15 марта 2020 года мы провели наше первое богослужение по зуму, когда все участники использовали веб-камеры. В настоящее время тысячи квакерских собраний проводятся по зуму и на других платформах для видеоконференций.

Без труда можно было бы прийти к выводу, что сейчас не время для того, чтобы жить дерзновенно. И в самом деле, почти всё, что делают вне дома и что можно было бы описать с использованием слова «дерзновенно», в данный момент – в период вынужденного пребывания взаперти – недоступно для нас. Но сегодня утром, сидя в кресле у себя дома в тишине, собравшей вместе как квакеров моего собрания, так и всей страны, дарованные мне слова для устного служения были таковыми: «Живите дерзновенно!»

Конечно, этот любимый квакерами конца XX века лозунг никогда не подразумевался нами как побуждение принимать участие в экстремальных видах спорта или других действиях, требующих смелости и физического напряжения. В «Советах и ​вопросах» он стоит пунктом 27 и предшествует вопросу «Когда есть возможность выбора, выбираете ли вы путь, который дает возможность использовать во всей полноте ваши дарования для служения Богу и обществу?» и совету «Пусть ваша жизнь говорит сама за себя». Вот то духовное дерзновение, к которому нас призывают.

Квакерские школы обучают при помощи любви и предельной эмпатии уже более 350 лет, достигая сердец – одно за другим. Школы Друзей являются старейшими институтами квакеров и уступают лишь собраниям, а первые из них основал сам Джордж Фокс в середине XVII века в Британии. В Америку квакерское образование пришло в 1689 году, когда в Филадельфии была основана Школа Хартии Уильяма Пенна. Сейчас оно развивается: самая новая школа Друзей – Международная Школа Друзей в Белвью, штат Вашингтон, она открыта в 2017 году. Уильям Пенн считал школы Друзей средством для построения лучшего общества. Сегодня в 21 штате страны действует 76 квакерских школ, в них работает около 4900 педагогов, учатся 20000 учеников, в управлении задействовано 1160 попечителей и членов правления. Сколько любви вовлечено в их работу!

Хотя школы Друзей сталкиваются со множеством вызовов, мы считаем жизненно необходимым сохранять квакерские школы активными и живыми, чтобы обеспечить будущее квакерства и поддерживать дух и энергию для преобразования мира в лучшую сторону. Основываясь на базовых принципах взаимоуважения, непрекращаемого поиска истины, обучения миру и социальной справедливости и служении во благо сообщества, квакерские школы находят силу в перечисленных универсальных идеалах и духовной основе Религиозного общества Друзей. Эта основа непоколебима перед ветром перемен и общественными потрясениями.

За два дня до моего выступления я услышал рассказ из истории квакеров, который я никогда раньше не знал. Хотя ее не было в моем исходном тексте доклада, мне она так понравилась, что я рассказал ее перед тем, как начать говорить. Поэтому я хочу поделиться ею здесь.

В 1845 году квакеры в Северной Ирландии основали Бессбрук, экспериментальную утопическую общину. В этой образцовой деревне не было ни пьянства, ни ругательств, ни азартных игр, и, следовательно, не было нужды в полиции. В 1879 году Джордж Бернард Шоу посетил Бессбрук, чтобы посмотреть, как идут дела.

В конце своего визита репортер спросил его, что он думает об общине, в которой нет ни ругательств, ни выпивки. «Судя по выражению их лиц, – сказал Шоу, – может показаться, что им бы не помешало ни то, ни другое». Он также сообщил, что на пруду Бессбрук видел лебедя, «ищущего место, чтобы утопиться».

Это история, которой ставится под вопрос наша способность как квакеров быть «ангелоподобными».

В это воскресенье на квакерском молитвенном собрании в Западном Ричмонде (штат Индиана), куда я пришла, нас попросили не пожимать руки до и после богослужения, ссылаясь на то, что было названо «социальное дистанцирование». Сначала я почувствовала неловкость от этих самых первых слов, которые услышала, придя на богослужение, но они были важны, учитывая уязвимость людей из собрания, которые могут пострадать, если заразятся COVID-19. Под социальным дистанцированием понимается поведение, способствующее остановке или замедлению распространения инфекционной болезни через ограничение взаимодействий.

В конце богослужения мы использовали альтернативы традиционному завершающему рукопожатию. К моему сожалению, когда пастор применил одно из этих новых приветствий (используя тыльную сторону кисти вместо рукопожатия ладонью), я даже не уловила это и в итоге прошла мимо него. Мой мозг должен был приспособиться к такому новому способу взаимодействия с миром.

Думаю, многих из нас погружали в воду в момент христианской церемонии, которая является демонстрацией веры, намерением следовать за Иисусом, приобщением к христианской общине.

И это интересно, потому что по квакерской традиции к водному крещению прибегают довольно редко. На протяжении большей части христианской истории – и, безусловно, в 1650-х годах, во времена ранних квакеров в Англии – водное крещение использовалось как своего рода оружие. Поддерживаемые правительством церкви утверждали, что для спасения необходимо окропить человека водой – обычно в младенческом возрасте. Если вас не окропили, вы не в правильных отношениях с Богом. Это была игра властей, способ усилить могущество иерархов государственной церкви. Ранние квакеры понимали это так.

Квакеры были уникальны в том, что полностью отказались от водного крещения. В Англии и на европейском континенте было много действительно радикальных движений, которые находились в непрерывных жестоких спорах о том, когда и как следует практиковать крещение. Я имею в виду, что из-за этого убивали людей! Но практически никто не отказался от водного крещения полностью.

Размышления о выражении «то, что от Бога в каждом»

«То, что от Бога в каждом», – эту фразу Джорджа Фокса квакеры цитируют в те моменты, когда их спрашивают об их вере. А нас спрашивают. Многие из нас живут в той культуре, где религия приравнена к вере или убеждениям, и под верой понимается преданность или доверие, согласие с определенными идеями.

Однако квакерству не подходит такое определение религии. Квакерский пастор Филип Галли в предисловии к книге «Следуя квакерским путем» ставит перед собой вопрос: чем же является квакерство – образом жизни или религией?

В рамках работы Комитета по обновлению книги дисциплины [Британского годового собрания] мы экспериментировали, пробуя разные подходы к тому, что называется «голосом книги» – пояснительному тексту, который предваряет каждую главу.

Мы уже определились с некоторыми приоритетами – сделать язык понятным и доступным, предполагая, что читатели еще не знакомы с квакерской практикой. Мы ищем способы записать объяснение того, что делают квакеры и почему мы делаем это так, при этом признавая широкое разнообразие религиозного языка и понятий в Британском годовом собрании.

Работа комитета еще продолжается, текст еще не согласован, но я представляю мою собственную экспериментальную попытку из нашего последнего упражнения – подготовки краткого введения к главе о квакерском богослужении (за которым, по моему мнению, последует широкий спектр отрывков, отражающих опыт разных Друзей).

Чувства американских Друзей (квакеров) в связи с событиями во Вьетнаме были выражены в заявлении, принятом на ежегодном заседании в Филадельфии в марте 1967 г. В этом заявлении говорится: «Мы знаем, что более половины гигантского бюджета США направлено на войну и ее подготовку. Мы вовлечены в аморальную и противоречащую Конституции войну в Азии, в то время как миллионы людей в некоторых местах земного шара умирают от истощения. В этой ужасной критической обстановке свидетельство Друзей (квакеров) в пользу мира является более чем когда-либо подходящим и своевременным. Как граждане демократии, мы частично ответственны за рост милитаризма в вашем правительстве и за пренебрежение к сохранению мира. Мы понимаем, что в атомный век недостаточно, чтобы отдельные люди жили в мире; наша христианская вера требует от каждого человека его активного отрицательного отношения к войне и активного участия в деле защиты мира как в нашей стране, так и между всеми народами, теперь и всегда, пока не исчезнет угроза войны».

Квакеры – приятные люди. Такими нас знают. Мы улыбаемся тем, мимо кого проходим на улице. Мы убираем за собой. Мы говорим «пожалуйста» и «спасибо» тем, кто убирает наши столы или несет наш багаж. Мы повторно используем бумагу и другие вещи. Мы даем чаевые.

Но у приятных отношений есть ограничения и ловушки, которые мы на свой страх и риск игнорируем. Я смею утверждать, что наша приятность в некотором смысле причиняет ущерб Религиозному обществу Друзей: она отвлекает нас от некоторых видов деятельности, которые могли бы быть нам полезны, и определенным образом наносит реальный вред. Многие Друзья отмечают, что наши собрания становятся серыми, ссыхаются и теряют жизненную силу. Умение контролировать свою приятность могло бы помочь в изменении этой тенденции.