Скрытые в явном. Труды квакерских женщин 1650–1700 годов

Скрытые в явном.  Труды квакерских женщин 1650–1700 годов

Избранные главы и комментарии

Hidden in Plain Sight. Quaker Women’s Writings, 1650-1700

Переведено и опубликовано при поддержке благотворительного фонда The Joseph Rowntree Charitable Trust

Copyright 1996 Pendle Hill (Pennsylvania)

 

Оглавление

Предисловие Розмари Рэдфорд Рютер
Благодарности
Введение, Мэри Гарман

Повествование о жестоких страданиях (ради Истины) Катарины Эванс и Сары Чеверс в инквизиции на острове Мальта, 1662 г.
«И инквизиторы послали за нами…» Предисловие редактора (Йохан Маурер)
О Катарине Эванс и Саре Чеверс. Предисловие Джудит Эпплгейт

Отчет о Странствованиях, Страданиях и Гонениях Барбары Блаугдон
Блаженные ради Христа. Предисловие Патриции Стюарт
Барбара Блаугдон. Предисловие Джудит Эпплгейт

Письмо королю от Маргарет Фелл, 1666 г.
Из «Предисловия» к разделу «Трактаты провозглашения и предупреждения», Мэри Гарман

Послание Маргарет Фелл Друзьям, 1653 г.
Из предисловия к разделу «Письма и послания». Маргарет Бенефил

Это явление Света в Истине для всех драгоценных дорогих агнцев Жития. Тьма исчезла. Свет воссиял. Изложено Сарой Джонс, 1650 г.
«Я та, что зовётся именем С. Дж.» Предисловие переводчика (Елена Крумгольд)

Некоторые сведения об обстоятельствах жизни Мэри Пеннингтон, почерпнутые из рукописи, оставленной ею своей семье, 1668 и 1682 гг.
Мэри Пеннингтон и ее жизнеописание. Предисловие переводчика (Наталия Наказнюк)
Мэри Пеннингтон, 1616-1682 гг. Предисловие Джудит Эпплгейт

 

Скрытые в явном. Труды квакерских женщин 1650–1700 годов

Обложка англоязычного оригинала книги

Предисловие

Розмари Рэдфорд Рютер

С великим удовольствием я приветствую публикацию сборника текстов женщин-квакеров второй половины семнадцатого столетия. Хотя я в некоторой степени способствовала этому начинанию, оно никогда не было бы плодотворным без настойчивости Мэри Гарман и других членов Квакерской женской исследовательский группы. Эта группа включает Джудит Эпплгейт, Маргарет Бенефил и Дорту Мередит, а также студентов (настоящего времени и бывших) в Эрлемском колледже и Школе религии Эрлем. Одним из плодов их труда стал данный сборник, а также коллекция микропленок более чем двухсот работ женщин-квакеров того времени, которую можно заказать через Международную организацию университетских микрофильмов.

Я провела весну 1986 года в творческом отпуске в Лондоне, занимаясь изучением религиозных текстов английских женщин семнадцатого столетия. Я предприняла это исследование, основываясь на убеждении в том, что Англия семнадцатого века увидела появление не только первых феминисток, (1) но и начальной феминистской теологии. Говоря о первых феминистках, я имею в виду начавшуюся критику мужского доминирования в культуре и обществе, как осознанное движение.

Как я предполагаю, женщины долгое время косвенным образом сопротивлялись мужскому превосходству и праву мужчин управлять ими, но женские голоса приглушались и остались, по большей части, неизвестными для нас. Те женщины, чьи тексты сохранились, либо излагают свои вопросы безопасным или самоуничижительным образом, либо появляются как изолированные, маргинальные фигуры, которых господствующие лидеры Западной Церкви часто именуют «безумными» и «еретичками».

В Англии семнадцатого столетия системы господствующего культурного контроля со стороны доминирующего общества впервые оказались настолько поврежденными, что смогли возникнуть подобные Обществу Друзей субкультуры, способные не только организовать диссидентские движения, но и произвести на свет и сохранить для будущего письменные работы. Разумеется, речь не о том, что Общество Друзей не подвергалось притеснениям за свое диссидентское свидетельство, но при этом в данном движении существовало социальное пространство, достаточное для того, чтобы в библиотеках Общества мы могли прочитать публикации основополагающих квакерских текстов, отпечатанных самими Друзьями. Нам не приходится вычитывать что-то между строк в свидетельствах их врагов или довольствоваться несколькими текстами, случайно сохранившимися у других групп или даже под другими именами, как это происходило с «еретиками» времен патристики и средневековья.

Возрождения и Реформация также видели прорыв движения, называемого Спор о женщинах [Querelle de Femmes], в котором превосходство или подчиненность женщин обсуждались преимущественно мужчинами на основании сравнения текстов Библии и классиков. (2) Несколько образованных женщин смогли присоединиться к этим дебатам. Здесь мы обнаруживаем некие первоначальные попытки альтернативного толкования библейских текстов, традиционно используемых для доказательства присущего женщинам более низкого положения, таких как Бытие 1:3 и 1 Тимофея 2:11-15, чтобы утвердить женскую равнозначность в глазах Бога. Начало того, что мы называем «феминистской герменевтикой» можно обнаружить в этих литературных прениях.

К семнадцатому веку в Англии уже не просто были отдельные ученые женщины, записывающие свои идеи, но появились свидетельства движений, кругов женщин и мужчин, которые оспаривали принижение женщин и отстаивали женские права на образование, равноправное общественное лидерство, преподавание и проповедование. Поскольку Библия и христианская теология стали основными источниками доводов за отстранение женщин от этих общественных ролей, необходимо было разработать альтернативное прочтение этих текстов, а также теологические аргументы для утверждения прав женщин на более широкие культурные позиции в обществе и в церкви. Таким образом, мы можем говорить о начале «феминистской теологии».

Вооружившись перечнем, включавшим 651 имя английских женщин, чьи тексты были опубликованы между 1600 и 1700 годами, я задалась целью обосновать это предположение. (3) Многие из текстов не были определенно религиозными. Некоторые касались ведения домашнего хозяйства и медицины. Просмотрев в собрании Британского музея значительную часть текстов, отражающих теологическую перспективу, я осталась с внушительным списком из почти двухсот названий, не вошедших в эту коллекцию. Большинство из них имели апокалиптически звучавшие заголовки, такие как «О, горе, горе от Господа» (Esther Biddle, 1659), «Предостережение жителям Англии» (Mary Adams, 1676) и «Свидетельство Истины против найма священников» (Judith Boulby, 1673).

Подозревая, что большинство таких текстов были написаны женщинами-квакерами, я отправилась в библиотеку Дома Друзей в Лондоне и там, к своей радости, обнаружила в целости и сохранности оригинальные издания практически всех этих работ. Тем не менее, когда я спросила в книжном магазине Общества Друзей в том же самом здании, какие из них можно найти в современных изданиях, не нашлось ничего. Хозяева магазина и не подозревали о существовании подобных текстов.

Во время моих посещений библиотеки Дома Друзей мне удалось прочитать некоторые из написанных женщинами-квакерами второй половины семнадцатого века текстов. На меня произвели впечатление доступность и хорошая сохранность этих публикаций. Мне нужно было всего лишь отыскать название в карточном каталоге и заказать его, и через несколько минут вежливый библиотекарь уже возвращался из архивов с текстом. И все же эти женщины и их работы остаются неизвестными для современных квакеров. Тексты женщин семнадцатого столетия оказались, по определению названия этой книги, «скрытыми в простом виде». Было очевидно, что я обнаружила кладезь сведений о ранней квакерской истории, а также истории женской религиозной мысли и деятельности.

В ходе моего исследования я сформулировала тезис о наличии в Англии в семнадцатом веке двух различных видов феминистского движения, проистекающих из разных религиозных направлений и обычно связанных с различными классами общества. К одному виду я отнесла «гуманисток», как правило, происходивших из аристократии или дворянства. У этих женщин была возможность читать классиков и даже изучать греческий и латынь, чтобы ознакомиться с этими книгами в семейных библиотеках. Они создавали научные работы, делали переводы, сочиняли стихи и выступали за расширение женского образования. Обычно они принадлежали к англиканской церкви, и их благочестие было родственным позиции кембриджских платоников. Они выступали за Богом данное равенство «душ», как интеллектуальное равенство между полами, но не подвергали сомнению социальное или церковное устройство.

Ко второй группе я отнесла «пророчиц». Эти женщины произошли из среднего и рабочего классов, из особых религиозных групп. Их язык был типично апокалиптическим, и они видели в диссидентских церковных и политических движениях против англиканской церкви и общественных установлений признаки близящегося кризиса, в котором Бог будет судить англичан за их отступничество и приведет новое поколение пророков – вестников грядущего Царства Божьего, которое перевернет существующих социальный порядок.

Половое, как и классовое, равенство было центральным в их расписании наступления нового века. Их любимый текст был взят из Деяний 2:17-18 (также Иоиль 2:28-29): «И будет в последние дни, говорит Бог, излию от Духа Моего на всякую плоть, и будут пророчествовать сыны ваши и дочери ваши… И на рабов Моих и на рабынь Моих в те дни излию от Духа Моего, и будут пророчествовать». Авторы статей не сомневались в том, что это было их время, и что они были «дочерями» и «рабынями», о которых написано в этом новозаветном тексте.

В этот период первыми, кто использовал эту пророческую апокалиптическую тему для доказательства близости окончания времен и в поддержку того, что Бог вдохновляет женщин выступать в качестве пророчиц наступления века гендерного равенства, были баптисты во время Гражданской войны 1645-53 гг., такие как Мэри Кэри в ее трактатах «Своевременное слово Королевству Англии» (1647) «Воскресение Свидетельства» (1648) и «Гибель небольшого рога [см. Даннил 7:8, 8:9 – примечание переводчика]. Новая и более точная карта славы Нового Иерусалима» (1651). В 1660е годы наследниками этого тысячелетнего пророчества в его более дисциплинированной форме стали сторонники Религиозного общества Друзей. Они также восприняли видение духовного равноправия женщин, наряду с классовым равенством в церкви, истинном сообществе искупления Христа.

Квакерские авторы, как мужчины, так и женщины, поддерживали женское пророчество и публичное благовестие, равно как и женское участие во внутреннем церковном руководстве посредством женских собраний. В брошюрах, особенно тех, которые были написаны женщинами, разрабатывались доказательства, показывавшие, что равенство полов в образе Бога было изначальным Божьим планом для творения. Этот план был отменен грехом, но он беспрестанно обновляется и развивается благодаря Божьим пророческим дарам, воплотившимся в пришествии Христа и основании христианского сообщества. Наиболее развитое выражение этой феминистской герменевтики можно обнаружить в работах Маргарет Фелл, особенно в ее тексте 1666 года «Женская речь оправдана, согласно Писаниям».

Я была очарована тем, как квакерские женщины и мужчины переосмыслили новозаветные аргументы против права женщин проповедовать. Мэри Коул и Присцилла Коттон в своей написанной в тюрьме статье «Всем священникам и людям Англии мы объявляем свою совесть» (1656) доказывают, что текст в «Первом послании к Коринфянам» 14:34, предписывающий женщинам молчать в церкви, относится только к женщинам, которые еще не обрели Дух. Эти женщины должны были хранить молчание, чтобы услышать, что говорят уже получившие Дух мужчины и женщины, как об этом свидетельствуют слова Павла о молящихся и пророчествующих женщинах в «Первом послании к Коринфянам» 11:5.

Коул и Коттон возражают, что все христиане, и в особенности те, кто склонен ошибаться, как, например, епископы (!), еще не получившие Дух, должны хранить молчание и слушать вдохновленных пророков и пророчиц. С другой стороны, Дух был для них придерживающимся принципов равноправия работодателем, который не только допускал, но требовал, чтобы те женщины, равно как и мужчины, на которых Бог излил Свой Дух, говорили и смело говорили в общественных местах, включая возражения «наемным священникам» в собраниях англиканской церкви. Мне стало ясно, что такое толкование не было новшеством, когда я прочитала о том же самом в сопоставлении текстов «Первого послания к Коринфянам» 11:5 и 14:34 в квакерском катехизисе 1671 года «Некоторые принципы, касающиеся избранных людей Божьих, в презрении называемых квакерами».

Результатом моего изучения английских женщин семнадцатого века, как гуманистического, так и пророческого направлений, стала статья 1990 года «Пророчицы и гуманистки: виды религиозного феминизма в Англии Стюартов». (4) Но мне также хотелось увидеть, как эта богатая коллекция трудов женщин-квакеров становится в большей степени известной, как тем, кто интересуется христианской женской религиозной историей, так и собственно членам Общества Друзей. Поскольку период семнадцатого столетия в Англии не был предметом моей основной специализации, и он также представлялся мне более масштабным проектом, я подумала, что задачу популяризации этих текстов должна выполнять команда работающих вместе людей.

Я рассказала об этой заботе, а также своей готовности поделиться своими открытиями с группой женщин, которые могли бы изучить и опубликовать данные работы, с моей студенткой Мэри Гарман, в то время завершающей получение докторской степени по объединенной программе религиозных и теологических исследований Гарреттской Теологической Семинарии и Северо-Восточного Университета в Эванстоне (Иллинойс). Остальное, как говорится, вошло в историю или еще войдет. Хотя Мэри Гарман и работала над своей докторской диссертацией, она не забыла об этой идее. Обосновавшись на факультете Эрлемского коллежда в Ричмонде (Индиана), она собрала вокруг себя команду студентов и коллег по факультету из Эрлемского колледжа и Школы религии Эрлем, которые заинтересовались исследованием этих текстов.

В процессе составления этого сборника члены Квакерской женской исследовательской группы работали с квакерскими архивами в Англии и Северной Америке, обращались в Международную организацию университетских микрофильмов, так что большинство текстов женщин-квакеров сейчас можно заказать на микропленке. В 1990 году я ездила в Ричмонд в качестве консультанта на встречу Квакерской женской исследовательской группы, собравшейся для обсуждения проводимого ее членами исследования работ ранних женщин-квакеров. Этот сборник представляет собой один из плодов той встречи. Он стал значительным вкладом в изучение важной области женских текстов в христианской религиозной истории. Я очень надеюсь активно использовать сборник в своей преподавательской деятельности.

 

Примечания

1. Пожалуйста, посмотрите Moira Ferguson, First Feminists: British Women Writers, 1578-1799 (Bloomington, Indiana: Indiana University Press, 1985).
2. Пожалуйста, посмотрите Frances L. Utley, The Crooked Rib: An Analytical Index to the Argument about Women in English and Scots Literature to the end of the Year 1568 (Columbus, Ohio: Ohio University Press, 1944).
3. Пожалуйста, посмотрите перечень женских публикаций 1600-1700 в издании Mary Prior, Women in English Society, 1500-1800 (London: Methuen, 1985), pp. 242-44.
4. The Journal of Religion 70:1 (January, 1990): 1-18.

 

Благодарности

Щедрая помощь и поддержка многих людей сделала возможным создание этой книги. Нам бы хотелось особо поблагодарить Розмари Рэдфорд Рютер, чья первоначальная мечта и вдохновение стали решающими факторами в данном проекте.

Другой источник энергии и энтузиазма для проекта появился в 1990 году в Вудбрукском колледже (один из колледжей Селли Оук) в Бирмингеме в Англии. Женщины-квакеры со всего мира собрались на первую международную теологическую конференцию женщин-квакеров, которую совместно проводили Всемирный квакерский консультационный комитет, Вудбрукский колледж и Эрлемская школа религии. Мы безмерно признательны всем женщинам, которые приняли участие в этой конференции, и, особенно, двум из организаторов конференции: Пэм Ланн и Вэл Фергюсон.

Библиотекари и архивисты помогали нам найти документы, предоставляли возможность работать с ними и оказывали нам самую разную поддержку.

Спасибо Малколму Томасу и сотрудникам Библиотеки Дома Друзей в Лондоне; Кристине Лоусон, библиотекарю и куратору коллекции Биван Нэш в Вудбруке; Мэри Эллен Чиджиок в Исторической библиотеке Друзей в Суортморском колледже; Элизабет Потс Браун, Диане Петерсон и Эмме Лапсански в Коллекции Друзей в Эрлемском колледже. Нам также хотелось бы поблагодарить Лиз Кампхаузен, находящуюся сейчас в Пендл Хилле, за оказанную экстренную помощь в расшифровке частей текста Катарины Уиттон, и Сару Еммонс за ее помощь в расшифровке некоторых работ Маргарет Фелл, оказанную во время пребывания Сары в Лондоне по программе Эрлемского колледжа.

Многие из наших бывших и настоящих коллег в Эрлемском колледже и Эрлемской школы религии поддерживали и вдохновляли нас в течение этого длительного процесса: особая благодарность Джерри Бэйкеру, Майклу Биркелу, Дику Дэвису, Энди Грэннеллу, Кэрол Хантер, Полу Лэйки, Джону Ньюману, Фреду Тиффани, Лонни Валентайн и Дику Вуду.

Мы благодарны за грант от Фонда Джона С. и Джеймса Л. Найта и Комитета Найта в Эрлеме. Этот грант оплатил несколько этапов нашего проекта: первоначальную поездку в Лондон; предпринятое студентами и сотрудниками факультета совместное исследование, которое привлекло к проекту студенческие команды; поездку с презентацией нашего исследования на Средне-западном региональном собрании Американской академии религий и консультацию с Розмари Рэдфорд Рютер. Нам бы хотелось поблагодарить студентов, участвовавших в проекте Найта: Лейлу Истмэм, Сару Эммонс, Джанет Фискио-Лэссетер и Мари Уайт. Две другие группы студентов из Эрлема и Эрлемской школы религий присоединились к Маргарет Бенефил, изучая ранних квакерских женщин и их тексты. Мы хотели бы особо отметить усердный труд Дженнифер Беннадж и Паулины Чик, чьи усилия сделали возможным запись на микропленку большинства текстов женщин-квакеров в Международной организации университетских микрофильмов.

Многие женщины помогали нам справиться с особенно сложной задачей редактирования документов. Мы хотим поблагодарить Паулину Чик, Сабрину Фоллс, Нэнси Брюстер, Джейн Влек, Джанет Фискио-Лэссетер, Дэниэля Роуз, Черил Кэйфорд, Бет Хейвуд, Холли Уебстер, Лиз Кампхаузен, Кэтлин Фланаган и Энн Петрасек. Особая благодарность Джейн Джеймс и Холли Уебстер за их работу над Указателем.

Наш редактор в «Публикациях Пендл Хилла» Ребекка Крац Мэйс была замечательно терпеливой в процессе этой работы, и мы хотим также поблагодарить ее за усердный труд, творческий подход и энтузиазм в отношении проекта. Спасибо также Ив Вихлер за оригинал-макет и дизайн книги, позволившие сделать тексты семнадцатого века визуально привлекательными, и Мелани Уотсон за превосходную обложку.

И, наконец, нам хотелось бы поблагодарить наши семьи за любовь и поддержку в ходе проекта.

 

Введение

Мэри Гарман

В середине XVII столетия группа английских христиан «нонконформистов» объявила, что вдохновенный опыт божественного присутствия в жизни непосредственно доступен любому, кто решил жить «в свете». Одной из отличительных характеристик этой группы, которая получила название «Религиозное Общество Друзей» или «квакеров», было то, что женщины в большом количестве присоединились к движению, проповедовали Евангелие, публиковали свои тексты и признавались проповедниками.

Женщины также имели большое значение для распространения квакерства по всему миру. Джордж Фокс, который впервые объединил Друзей, в 1647 году в самый разгар беспорядка, вызванного гражданской войной в Англии, встретил и «обратил» женщину по имени Элизабет Хутен. Хутен стала первой женщиной проповедником среди «Друзей». Путешествуя по Англии и Северной Америке, она, как сам Фокс, терпела лишения из-за суровых законов против религиозного инакомыслия (1). В период Английской Республики и после реставрации монархии и воцарения Карла II, Друзья попадали в тюрьму по обвинениям в бродяжничестве, богохульстве и отказе платить десятину или давать клятву. Ряд законов, которые вступили в силу, криминализировали ключевую для веры квакеров деятельность и доносы на квакеров стали источником дохода для некоторых гражданских и религиозных представителей власти (2).

В 1659 году или чуть позже женщины-квакеры начали встречаться отдельно от мужских собраний для планирования того, как помочь Друзьям, чьи жизни были разрушены в результате преследований. Например, они собирали средства для заключенных и их семей, писали письма поддержки, которые зачитывались и затем распространялись. Создание таких отдельных «Женских Собраний» вызывало споры среди ранних Друзей, но одновременно предоставляло женщинам возможность развивать свои организационные и управленческие навыки (3).

В первые десятилетия движения женщины-проповедники, когда они не были в тюрьме, много путешествовали по всему миру. Они писали брошюры, богословские трактаты, послания, письма и дневники. После Славной революции 1688 года гонения на религиозных инакомыслящих в Англии пошли на убыль, и потребности общины квакеров изменились. К 1700 женщины-квакеры акцентировали свое внимание на поддержании и расширении системы духовного воспитания для семьи и религиозных общин (4).

Квакерство как религиозное движение быстро росло и привлекало последователей из всех социальных классов (5). Те, кто были «обращены», присоединялись к религиозному обществу, которое предъявляло строгие требования к своим членам. Друзья должны были изучать все аспекты своей повседневной жизни и быть готовыми внести радикальные изменения. В ранний период они встречались, чтобы поклоняться Богу в обычных домах, а не в специальных церквях. Они молились без литургии, молитвенника или священника, вместо этого ожидая в совместном молчании пока один из них – женщина или мужчина, слуга или аристократ, — не получали слово от Бога, чтобы донести его до всех. Они отказывались принимать участие в любом аспекте гражданской жизни, который вступал в противоречие с их религиозными убеждениями, и создали альтернативную систему регулирования браков, регистрации рождений и смертей и практики семейной жизни. Друзья, мужчины и женщины начали путешествовать как публичные проповедники по всей стране и миру, проповедуя свои взгляды везде, где только могли (6). Те, кто оставался дома, занимались жизнью семьи и общины. Ранние Друзья жили своей верой, не оглядываясь на последствия.

Но иногда эти последствия были действительно тяжёлыми. Например, Элизабет Флетчер и Элизабет Ливенс, две молодых квакера, свидетельствовали как Друзья в Оксфорде в 1654 году и претерпели «дикий приём» от местных учёных. Две другие женщины, Элизабет Уильямс и Мэри Фишер, получили подобный же приём в 1654 году в Кембридже (7). Когда Мэри Фишер с другой спутницей, Энн Остин, прибыли в Бостон в 1656 году, став первыми квакерами в этом городе, они были арестованы, посажены в тюрьму, и «раздеты догола, под предлогом того, чтобы узнать, не ведьмы ли они, и хотя при обыске не было найдено ни одного доказательства их вины, а только невиновности, они были подвергнуты таким варварским издевательствам, что скромность запрещает упоминать об этом» (8). Катарина Эванс и Сара Чиверс, по пути в Иерусалим, были арестованы на Мальте инквизицией, и в течение трех лет их тюремщики пытались «всеми способами, которыми только могли, запугать и устрашить их, и заставить подчиниться своей воле» (9). Маргаретт Фелл, известная многим как «мать квакерства», провела долгие годы в тюрьме за свои убеждения (10). И это лишь небольшая часть примеров множества историй страданий, выпавших на долю женщин-квакеров в течение первых пятидесяти лет движения. В заключение первого тома летописи страданий Друзей Джозефа Бессе перечислены имена тех, кто был особенно храбрым и больше всего пострадал «ради публичного свидетельства об Истине». Он особо отметил тех женщин, «великолепная Жертва» которых «была полезна Церкви в служении Проповеди, и для которой они были особо одарены, будучи почитаемы Братией как Помощницы в Работе Евангелия Христа и неотличимы от Диаконесс в первые века христианства» (11).

Друзья интерпретировали успехи женщин в качестве проповедников и руководителей как доказательство того, что Бог воссоздаёт творение до состояния изначальной целостности. Гонения на женщин-проповедниц и их страдания рассматривались как свидетельство продолжающегося падения мира, правительства и официальной церкви, а также необходимости искупления. Друзья учили, что истинная верность Евангелию означает жить «В Силе» изначальной целостности, которая была восстановлена пришествием Христа, даже если это оскорбляет преобладающие в обществе настроения или нарушает установленные законы (12). Одним из путей, которым женщины- квакеры нарушали установленный порядок, было сочинение, публикация и распространение брошюр, памфлетов, трактатов, писем и посланий (13).

Документы в этом томе были отобраны из числа двухсот и более произведений женщин-квакеров, написанных в течение первых пятидесяти лет квакерского движения. Понимание женщинами-квакерами политических, социальных и богословских вопросов дня отражало разнообразие их мнений и опыта. Эти документы собирались и сохранялись, начиная с семнадцатого века, но почти все исчезли из печати. Они редко встречаются в сборниках сочинений квакеров и редко включаются в собрания текстов квакерской мысли и практики. Как следствие, тексты ранних женщин-квакеров и уникальный вклад женщин в формирование квакерской практики обычно не распознается или игнорируется.

Трактаты предупреждения и прокламации (Часть Первая) важны, поскольку они отражают непосредственно первые дни движения. В соответствии с квакерскими традициями, трактаты часто включают в себя вызов политической власти, которой предъявлялись обвинения в игнорировании нужд бедных и угнетенных. В своей статье я утверждаю, что среди этих актуальных для своего времени вещей можно также найти «самые ранние формулировки богословских идей и озарений, которые стали центральными для квакеров последующей, более спокойной и склонной к размышлениям эпохи (стр.19)».
Написанные ранними женщинами-квакерами рассказы о путешествиях и журналы (Часть вторая) являются одними из первых автобиографических квакерских текстов. Эти рассказы содержат информацию из первых рук о ежедневной активности Друзей, а также являются моделью написания духовной автобиографии. Джудит Эпплгейт утверждает, что дневники, во всем их многообразии, предлагают нам «понимание пророческого служения женщин, идеал равенства мужского и женского руководства и борьбу за соблюдение этого равенства в ранний период движения (151).

Теологические трактаты и полемические брошюры, написанные женщинами-квакерами (Часть Третья) демонстрируют диапазон взглядов, которых придерживались Друзья в первые десятилетия их существования. Маргарет Бенефил представляет двух квакерских теологов-женщин, которые вступили в ключевую дискуссию того времени и «говорили так, что это ломало все гендерные барьеры и ожидания, связанные с их временем и культурой». (313)

Последняя секция книги (Часть Четвёртая) фокусируется на письмах и посланиях, которые циркулировали среди женщин Друзей в течение того периода. Маргарет Бенефил утверждает, что «письма и послания сплетали взаимосвязи как внутри собраний, так и во всем Религиозном Обществе Друзей (443). «Эти писания хранят свидетельство практических аспектов и тяжёлой работы по созданию сообщества веры посреди преследований и той пользы, которую приносило для участников сообщества поддержание общих связей через письма.

Обзор Исследований

История начала квакерства основывается не нескольких ключевых документах: «Журнале» Джорджа Фокса и сборнике его «Посланий»; письмах и бумагах, которыми обменивались Друзья и которые были собраны и отредактированы и теперь известны как Свортморские Манускрипты; Протоколах и Посланиях Месячных, Квартальных и Годовых Собраний; трактатах, брошюрах, журналах и рассказах, написанных Друзьями (14). Кроме того, ключевыми ресурсами для исследования квакерства являются: двухтомный каталог, отредактированный Джозефом Бессе, который рассказывает о страданиях Друзей; биографические рассказы других первых квакеров; коллекция ранних текстов Друзей, отредактированная и опубликованная Норманном Пенни — «Первым публикатором Истины» (15) и «Выдержки из Государственных Бумаг», которые включают документы написанные анти-квакерскими гражданскими властями во время преследований (16).

Ранняя история квакерства была собрана и организована Вильямом Севелом (17). Его целью было ответить критикам движения и точно изобразить страдания и стойкость его первых участников в надежде, что аудитория увидит в них пример для добродетельности в собственных жизнях. Он описывал ранние годы квакерства как «тяжёлые и изнурительные, и проходящие зачастую печально и ужасно». Суммируя размер страданий ранних квакеров он описывает добродетели выдержавших преследования первых лет квакерства людей, прославляя их «искреннее благочестие, подлинную любовь, истинную сердечность, экстраординарную кротость, исключительное терпение, горячее рвение, неустрашимую храбрость и непоколебимую стойкость» (18). Работа Севела сформировала базис для последующих историй квакерства. Среди них четырехтомная история Квакерства (часть «Серий Раунтри», задуманных Уильямом Раунтри и написанных Руфусом Джонсом и Уильямом Брейтуэйтом, опубликована между 1909 и 1912 годами), которая по-прежнему считается полной.

В 1915 году Мэйбл Брайсфорд опубликовала первую историческую работу, которая подчеркнула вклад, сделанный женщинами в раннее квакерское движение. Её книга была основана на документах, написанных женщинами-квакерами в первые сорок лет движения, и рассказывала про их храбрость, креативность и стойкость (19). Помимо работы Мэйбл Брайсфорд были написаны и другие биографии, рассказывающие про Маргаретт Фэлл, Элизабет Хутен, Лавдэй Хэмбли, Гульелму Пенн и других экстраординарных женщин-квакеров ранних десятилетий (20). Короткие работы, сфокусированные на отдельных личностях или на специфических эпизодах в жизни женщин-квакеров также внесли свою лепту в понимание роли женщин в первые годы существования Религиозного Общества Друзей (21).

Как и многие другие описывающие женщин историки, те, кто сфокусировался на женщинах-квакерах обнаружили, что простое добавление историй выдающихся женщин к уже существующим историческим повествованиям не полностью решает базовые вопросы. Феминистская критика, развивавшаяся в период 1960-1970 годов, предложила альтернативные подходы и методологию. Адаптируя многие методы социальной истории, эти феминистские историки сфокусировали своё внимание на ежедневной жизни обычных женщин и радикально пересмотрели их деятельность дома, в церкви и в других областях, известных как «частная сфера». Вклад, сделанный женщинами, оценивался исходя из ценностей и опыта женщин, что вело к оспариванию традиционных методов исследования, путей разделения временных периодов и интерпретаций (22).

Записи ранних женщин-квакеров стали важными для многих феминистских историков. Католическая феминистка, теолог и историк Розмари Редфорд Рютер, к примеру, утверждала что есть связь между женщинами-квакерами и учёными гуманистами того периода. Рютер предполагала, что оба явления представляли собой «предтечу современного феминизма» (23). В 1975 году первый выпуск журнала «Знаки: Журнал о Женщинах в Культуре и Обществе» включал отредактированную версию писем Маргарет Фэлл женским собраниям, с комментариями, описывающими действия женщин квакеров как важные для современного феминизма» (24). Мэри Маплс Данн в своей обзорной статье про тексты женщин квакеров отмечала восхищение, которое современные женщины-историки ощущают перед ранними женщинами квакерами, столь увлечёнными и преданными своей жизни в вере (25). Квакерский историк Маргарэт Хоуп Бэкон, в своем исследовании женщин квакеров в Соединенных Штатах, развивает идею, что лидерские навыки «реформированных» женщин XIX века происходят из опыта первых женщин-квакеров отдельных женских собраний (26). Также и другие ученые различных областей, используя феминистскую критику и идеи, оценили и проанализировали вклад женщин в квакерство (27).

Историки, исследующие женщин-квакеров, вышли за пределы простого добавления рассказов о достижениях выдающихся женщин-квакеров к большой истории квакерства и церкви (28). В последнее время историки также начали оспаривать некоторые из традиционных интерпретаций истории квакерства. Например, с помощью записок первых женщин-квакеров, Кристин Треветт проанализировала «падение» Джеймса Нэйлера (29). В 1656 году Нэйлер вступил в город Бристоль верхом на осле и в сопровождении толпы последователей, кричащих «Осанна!» Он был осужден за богохульство, в связи с этим эпизодом, и отправлен в тюрьму. Историки квакерства обычно указывают на историю Нэйлера как на ключевое событие раннего периода движения, и предполагают, что после 1656 г. мужчины-лидеры Религиозного Общества Друзей начали разрабатывать системы для дисциплины и надзора за членами.

Традиционная интерпретация «ситуации» Нэйлера заключается в том, что его последовательницы, такие как Марта Симмондс и Ханна Стрейнджер, были «введены в заблуждение», «экстравагантны», и «разжигали рознь» (30). При этом Нэйлера, напротив, как правило, осуждают в основном за «следование своему разумению в некоторых мелочах» (31), что в конце концов привело к «психической неуравновешенности» в связи с «умственным переутомлением и физической прострацией» (32). Треветт утверждает, что историки слишком быстро обвинили женщин вокруг Нэйлера без учета той роли, которую играл этот человек. Она призывает исследователей этого периода рассмотреть эпизод Нейлера, как событие, которое произошло в конкретном контексте, то есть в атмосфере повышенного энтузиазма, потенциального раскола и борьбы за власть (33).

Последние биографические исследования женщин-квакеров предложили альтернативные интерпретации, которые опираются на идеи феминистского анализа (34). Боннелин Кунце, в ее биографии Маргарет Фелл, оспаривает использование термина «кормящая мать Израиля» и предполагает, что более подходящим термином было бы «Игуменья» (35).

Морин Белл, Джордж Парфитт, и Саймон Шеперд поднимают вопрос о приоритете, который был дан Маргарет Фелл в работах о квакерстве и женщинах семнадцатого века и предполагают, что другие, более радикальные женщины-квакеры той эпохи тем самым упускаются из виду. (…) Они предполагают, что уже «пришла пора перечитать тексты этих «забытых» женщин-квакеров и изучить их влияние на историю женской устной и письменной речи» (36). Возникают вопросы и о традиционной интерпретации деятельности женщин во всех периодах квакерской истории, об отношении Общества к женщинам и даже о смысле гендера как категории для исторической интерпретации» (37).

С обнаружением и анализом новых источников, связанных с женщинами квакерами, были опубликованы исследования, рассматривающие некий определенный регион или аспект их жизни. Например, статья Беатрис Карре сфокусирована на регионе Ланкастера и особенно на заметном количестве вдов, которые были привлечены в квакерство из-за «степени индивидуальности и статуса, который оно придает своим сторонникам-женщинам» (38). Продолжая концентрироваться на уникальном опыте женщин-квакеров в Соединенных Штатах ученые опубликовали сборник статей национальной конференции, состоявшейся в Гилфордском колледже в 1979 году (39).

В 1989 году Элизабет Поттс Браун и Сьюзан Мошер Стюард опубликовали книгу, которая сочетает в себе оригинальные тексты женщин-квакеров и поясняющие статьи, написанные с феминистской перспективы (40).

Другие недавние издания включают в себя работы, которые опираются на аналитические методы, разработанные феминистской литературной критикой и современными социальными историками. Например, в своем предисловии к «Женщины-Визионеры: Восторженные Пророчества в Англии семнадцатого века», историк Филлис Мак предполагает, что «в семнадцатом веке многие люди сочли бы пост-структуралистскую теорию легче усваиваемой, чем многие наши современники», учитывая характерное для семнадцатого века отношение к власти языка и социального положения для определения человеческого опыта и ограничений» (41). В то же время, Мак также осознаёт ограниченность пост-модернистского подхода к полному пониманию жизни женщин-квакеров семнадцатого века. Она утверждает вместо этого подход, который серьезно относится к духовной глубине и прозрениям этих «женщин визионеров» (42).

В 1915 году Мэйбл Брэйлсфорд описывала «современную атмосферу как мысли, так и «стараний», которые окружают древние хроники», и подчеркнула редкость «странного шанса, который оставил [документы, написанные женщинами] неисследованными, оставленными экспертам, на протяжении более двух столетий» (43). Спустя семьдесят семь лет Филлис Мак, одна из «экспертов», которая изучала тексты женщин-квакеров, согласилась, что их высказывания и работы составили «часть наследия современного феминизма», и добавила, что нынешние ученые также могут найти в них указания на «некоторые из наиболее глубоких проблем движения» (44). Этот том сочинений ранних женщин-квакеров направлен на продолжение процесса исследования, переосмысления и углубления их понимания.

Заключение

После обозрения исторических описаний квакерства, написанных после семнадцатого века, и более поздних исследований роли женщин, которую они сыграли в движении, становится ясно, что женщины-квакеры не были «скрыты от истории» так, как женщины других эпох или других религиозных традиций» (45). Известность женщин-квакеров в качестве лидеров движения реформ, широкий диапазон документов, написанных женщинами квакерами, и давняя традиция женского лидерства у квакеров, все это свидетельствует о той степени заметности, которой женщины в других религиозных традициях не пользовались. Тем не менее, парадокс остается: большинство документов, написанных ранними женщинами квакерами доступны только в архивах, и состояние этих копий быстро ухудшается (46). Вместо того чтобы быть «скрытыми от истории» ранние женщины квакеры были «скрыты в явном». Как следствие, труды женщин квакеров не каталогизировались, в отличие от текстов их коллег-мужчин, а и их прозрения, богословские и практические, не были включены в текущие интерпретации развития движения квакеров.

Возможно, женщины-квакеры оказались «скрыты в явном» в связи с подходом ранних друзей к гендеру как категории для анализа. Одним из существенных аспектов их учения было то, что жесткие гендерные роли присвоенные обществом, свидетельствовали о падшем состоянии человечества (47). Вопрос же о том, как именно перейти в искупление из этого падшего состояния, стал пунктом конфликта между друзьями. Достижение идеального равенства между мужчинами и женщинами в рамках Религиозного Общества Друзей оказалось гораздо более сложным и неуловимым, чем казалось с самого начала. Хотя партнерство между женской и мужской половинами квакеров в организации и работе Общества Друзей, а также в квакерских семьях всегда были отличительной особенностью движения, исторические описания таких партнерских отношений, как правило, имели тенденцию к подчёркиванию роли мужчин (48). Присутствие и активность женщин были отмечены, но в большинстве случаев их дела не были дифференцированы от дел мужчин, так что значимость их участия не была подчеркнута или полностью изучена (49).

Для решения этой парадоксальной проблемы состояния «сокрытия в явном», слова и дела ранних женщин-квакеров должны быть выделены и подчеркнуты. Исторический, литературный и богословский анализ взглядов и деятельности ранних женщин-квакеров будет способствовать будущему параллельному прочтению ранних работ квакеров-мужчин (50).

В своих трактатах, рассказах, сочинениях, письмах и посланиях эти ранние женщины-квакеры формулировали свои идеи, основанные на их опыте Божьей силы, для Религиозного Общества Друзей и мира. Они концентрировались на том, чтобы этот опыт перешел в следование божьей воле в жизни обществом и каждым человеком. Они выразили себя в языке, который был одновременно нежным и пронзительным, описали свою жизнь и приключения, используя поэзию и прозу, писали послания и письма, наполненные поддержкой и советами, и сформулировали свои теологические идеи с умом, ясностью и яркостью. Они жили и писали как квакеры и как женщины в надежде убедить других в истинности того, к пониманию чего они пришли.

 

Поделиться:


Похожие темы: