Сергей Бадаев

– Что "квакерского" в квакерском образовании?
– Каковы его отличительные черты?
– Что учителя в школах Друзей делают в своих классах и как взаимодействуют с учениками и друг с другом, чтобы это можно было обоснованно назвать "квакерским"?

В каком смысле квакерское образование может продолжать оставаться «квакерским»?

Вдумчивый ответ на этот вопрос – это одна из самых животрепещущих тем нашего времени в квакерском образовании. Все возрастающее число Друзей пытаются разобраться с вопросом, как квакерское образование может оставаться "квакерским" и в каком смысле. Или даже – должно ли оно быть "квакерским", когда большинство наших учителей не относятся к квакерам; когда все, за исключением небольшого процента наших учеников, не квакеры; когда некоторые из наших директоров и большинство нашего административного и обслуживающего персонала не квакеры; когда большая часть мира крайне подозрительно относится к любому подчеркиванию религиозности в контексте образования.

«Бог существует, и его любовь окружает нас», – говорит нараспев женщина, вставая в молчаливом собрании сотен людей. «Бога не существует, это наша любовь окружает нас», – продолжает она и садится, чтобы продолжить свою медитацию. В этом эпизоде, который произошел на недавнем собрании квакеров в Новой Англии, обозначился целый ряд тем – привлекательность созерцательных практик даже для агностиков и неверующих, двойственность по отношению к сверхъестественному в либеральных религиях, потребность в светских общинах, где люди поддерживают друг друга и заботятся друг о друге так, как это обычно происходит в церкви. Именно это побудило меня начать встречи Гуманистической созерцательной группы, а вдохновлен я был примером группы Д.Т. Стрейна, бывшего президента гуманистической организации Хьюстона. Идея заключалась в том, чтобы привлечь больше людей в гуманистическое сообщество и предложить уже существующим членам нечто новое – нечто более глубокое, более личное и менее академичное, чем обычно предлагается на подобных гуманистических мероприятиях. В Кембридже мы встречаемся два раза в месяц, чтобы медитировать и делиться друг с другом тем, что мы переживаем и испытываем как в периоды молчания, так и в остальное время… 

Я полностью согласен с Вадимом Илинским, что мир является важнейшей ценностью и целью многих человеческих устремлений. Мне поэтому глубоко созвучна его забота и обеспокоенность в связи с тем уровнем жестокости по отношению к людям, который мы наблюдаем на нашей планете, и тем количеством человеческих жизней, которые приносятся в жертву ради личных амбиций отдельных людей. При этом я хотел бы поделиться своим видением и своим пониманием дороги к миру. Прежде всего, я не вполне понял, почему автор пишет слово “Мир” с заглавной буквы. Я буду использовать строчную букву и надеюсь, что мы будем говорить об одном и том же мире, не как о пространстве воды и суши, населенное растениями, животными и людьми, а как об антониме слову “война”. Я согласен с Вадимом, что один из источников нарушения мира и согласия лежит внутри человека. Можно условно назвать его “страстями”. Это те сильные желания, которые рождаются в человеке, и для удовлетворения которых он готов даже пожертвовать жизнями других людей. Однако для меня осталось загадкой, о каком “примирении со страстями” говорит Вадим, причем он…