Чак Фейгер: О прогрессивных Друзьях

Острополемичное интервью главного редактора журнала «Френдз Джорнэл» (США) Габриэля Эри с историком Чаком Фейгером о его исследованиях о прогрессивных Друзьях. Ролик с русскими субтитрами. Они появятся, если в нижнем правом углу экрана ютьюба нажать на значок «субтитры» и выбрать русский язык.

Текст видео

Габриэль Эри: Добро пожаловать в беседу с автором журнала «Френдз Джорнэл». Я Габриэль Эри, исполнительный директор «Френдз Джорнэл», и сегодня с нами Чак Фейгер. Чак Фейгер – квакерский историк, писатель и бывший директор Квакерского дома в Файетвилле, штат Северная Каролина. Он автор двух книг: «Ангелы прогресса: документальная история прогрессивных Друзей» и «Переработка Друзей: как прогрессивные Друзья изменили квакерство и помогли спасти Америку». Он с нами на связи из Дарема, Северная Каролина.

Спасибо, что присоединились к нам, Чак.

Чак Фейгер: Взаимно.

Габриэль Эри: Итак, Чак. За что прогрессивные Друзья получили свое название? Что значит прогрессивные?

Чак Фейгер: Это имя они дали сами себя. Они чувствовали, что они были более прогрессивными, чем довольно заскорузлая квакерская элита, что они создавали сложности, а также они подвергались гонениям. Было несколько групп, которые практически отделились от хикситов – у нас нет времени, чтобы подробнее рассказывать об этом, поэтому я надеюсь, что зрители просто поймут – они отделились от хикситов и основали свои организации, или годовые собрания, на самом деле, и они назвали назвали себя прогрессивными.

Г.Э.: Какие, в частности, социальные проблемы сыграли наибольшую роль при их расколе от хикситов?

Ч.Ф.: Как внешние, так и внутренние. Это был один из моментов, которые привлекли мое внимание. Внешний момент – их особенно интересовала отмена рабства. Квакерские правящие круги – как хикситы, так и ортодоксы – были категорически против аболиционизма. Они были против рабства в теории; на практике они были повязаны с рабовладельческой экономикой, делали на ней деньги. Они просто говорили: «Оставьте все это Богу, молитесь против рабства, а лучше замолчите». Но такие люди, как Лукреция Мотт и другой ранние прогрессивные квакеры, сказали: «Нет. Бог сказал нам, чтобы мы работали над этим». Так что это было вопросом, из-за которого их отлучали. Это был внешний момент. Внутренняя проблема была в том, что квакерство в то время было сверху донизу иерархической организацией. И они сказали: «Так не должно быть». Мы должны иметь равенство и внутри, и снаружи. За это тоже шла ожесточенная борьба.

Г.Э.: Итак, мы видим, что некоторые из наших мифов, похожих на красивые фантики, о том, что квакеры всегда были морально на высоте – а нам нравится думать о правильной стороне истории – не совсем верны, если посмотреть на квакерские правящие круги XIX века.

Ч.Ф.: Ну, да, я имею в виду, что там были некоторые хорошие люди, попавшие в плохие и устаревшие структуры. И я боюсь, что вот эта работа выявила целую кучу мифов для меня самого, и я думаю, что это будет верно и для читателей. Идея о том, что существовало квакерское свидетельство равенства, это полный миф. Это понятие на самом деле было изобретено в течение последних 25 — 30 лет.

Это относится и к равенству женщин. Даже если у квакеров женщины имели больше прав, чем это было в других церквях, квакерские женщины не были равны в обществе в течение около 250 лет после того, как Фокс начал проповедовать, до конца XIX века. На самом деле только лишь в 1922 году старое доброе Филадельфийское годовое собрание (хикситов) действительно сделало женщин равными. В 1922 году! Это действительно так. И это всего лишь пара примеров. Да и представление о том, что хикситы были все толерантными либералами и всегда ладили, в отличие от склочных ортодоксов… откуда мы это знаем? Потому что так сказал нам Говард Бринтон в этой знаменитой книге, вот здесь [держит книгу «Друзья за 350 лет»]. У меня это место отмечено. Правильно, большая ложь.

«Они ладили, в отличие от склочных ортодоксов». А это совершенно не соответствует действительности. Я не знаю, откуда он получил такое представление. Я думаю, высосал из пальца. Так или иначе, идея о том, что квакеры всегда были на переднем крае хороших социальных реформ, знаете, помогая покончить с рабством, конечно было ярким пером в нашей шляпе, но как же поддержка запретов прогрессивных Друзей – и хикситами, и ортодоксами, и евангеликами, все это было в течение 100 лет. И им это удавалось. И это вылилось в катастрофу, последствие которой мы видим до сих пор. Не говоря уже о представлении, что мы всегда выступали за свободу слова.

Они не выступали за свободу слова внутри. Там было много групп, и, к сожалению, прогрессивные Друзья среди них, они все были за цензурирование того, что они назвали деморализующей литературой. Я думаю, что некоторые из них смогли бы разрешить «Гарри Поттера». А «Голодные игры»? Ни малейшего шанса. И они хотели, чтобы из газет исключалось что-нибудь интересное о сексе, о насилии, о кровавых преступлениях. Я имею в виду, что, если почитать, это действительно было так. И, конечно же, может быть самый главный миф? Представление о том, что либеральное квакерство изобрел Руфус Джонс. Я знаю, что вам, выпускникам Хаверфордского коллежда, это приятно чувствовать, но это не так. И это всего лишь несколько мифов, от которых прогрессивные Друзья помогли избавиться.

Г.Э.: Таким образом, вы действительно утверждаете, что прогрессивные Друзья были создателями либерального квакерства. И, похоже, на ваш взгляд сегодняшние либеральные квакеры приняли как в эстафете их идею прогресса и несут ее дальше.

Ч.Ф.: Ну да, сегодня понятие «прогресс» для либеральных квакеров переводится как голосование за демократов, слушание Национального общественного радио, вождение Тойоты Приус, но оно по-прежнему с нами. Оно полностью по-прежнему с нами.

Г.Э.: Почему вы думаете, что история прогрессивных Друзей, которую вы пытаетесь раскрыть в своих двух книгах, «Ангелы прогресса» и «Переработка Друзей», почему вы думаете, что их историю упускали из виду так долго?

Ч.Ф.: Думаю, есть несколько причин. Одна из них то, что прогрессивные Друзья не интересовались историей, они интересовались будущим. Они хотели изменить будущее. Так что они не удосужились записывать ее. Во-вторых, историей интересовались ортодоксальные Друзья, поэтому большинство крупных квакеров-историков были из ортодоксальной традиции. Я не хочу сказать, что был какой-то заговор, но ортодоксальные историки жили по одну сторону очень широкой культурной стены, и есть материал, который они не видели. И прогрессивные Друзья были частью этого материала. Так, например, Руфус Джонс написал большой объемный двухтомный труд о новейшем периоде квакерства, включающем период, когда прогрессивные Друзья были активны, и он из примерно 900 страниц посвящает прогрессивным Друзьям половину одной сноски.

Я имею в виду, хорошо, у него были свои приоритеты, но это просто не укладывается ни в какие рамки. И вот третий фактор, и, возможно, даже более важный, в конце концов, и это вина совсем не прогрессивной Друзей, а сегодняшних либеральных квакеров – они не верят в историю. Она им не нужна. И лично я считаю, что такое отношение является частью нашего мировоззрения, свойственного среднему классу. Нам ничего из этого не нужно. Если нам что-то нужно, мы пойдем в магазин и купим это. И это сильно меня беспокоит, прямо здесь, где я нахожусь, в Дареме, штат Северная Каролина.

У нас есть много хороших либеральных квакеров, но они не думают, что им нужно знать что-то о квакерской истории. Им ничего не нужно знать о Библии. Им ничего не нужно знать о христианстве. И они задаются вопросом, как появляются люди, которые действительно регрессируют до Библии, а христианство возобладало в штате и захватило Юг. Одна из причин в том, что мы даже не в игре, потому что мы не знаем ничего об этом. И мы не чувствуем, что нам это нужно. И это большая, большая ошибка.

Г.Э.: Читая «Переработку Друзей», видно что вы говорите об этом как о проблеме, существовавшей еще в 1920 году, когда многие выдающиеся фигуры из вашего повествования заявляли: «Понимаете, мы знаем, что мы, квакеры, вымрем, потому что мы не сведущи в Библии. Мы не будем миссионерствовать и взращивать паству». Многое из этого является теми же опасениями, о которых жалуются сегодняшние знакомые мне либеральные квакеры.

Ч.Ф.: Что ж, да. Последнее поколение тех, кого я бы назвал прогрессивными квакерскими героями – Джесси Холмс, Джейн Рашмор, Генри Уилбур – эти люди были очень-очень либеральными, но они чувствовали, что для Друзей важно, например, знать Библию, потому что Библия была и препятствием – она использовалась для защиты всяческого ретроградства – и полезным ресурсом.

Ее квакерские реформаторы использовали против рабства. То же самое касается и христианства. Вообще говоря, они подталкивали, они были сторонниками того, чтобы квакеры знали об этом. Это не одинаково, и они давали понять, что это разные вещи – знать Библию и верить в то, что там есть. Вы не должны были верить во все это. Но было важно быть знакомым с этим. И не только для обороны, там тоже есть некоторые хорошие вещи; это все верно и сегодня. Да.

Г.Э.: Одним из моментов, о котором вы говорите в своего рода послесловии к «Переработке Друзей», это то, что у либеральных квакеров мы потеряли, в некотором смысле, традицию записи Друзей в качестве служителей, когда выделяли людей, имеющих какой-то пророческий дар, и отправляли куда-то заниматься квакерской евангелизацией и проповедовать квакерские идеи. Является ли ошибкой то, что мы не делаем этого?

Ч.Ф.: Мы не потеряли ее. Либеральные квакеры упразднили эти должности. Они отменили их. И я думаю, что это было абсолютно правильно. У нас нет времени, чтобы объяснять все причины, но я бы довольно четко суммировал их в вариации старой банальности: «власть развращает, а религиозная власть развращает религиозно». Я верю в торжество выдающегося или замечательного служения и в преданность. Я полностью за. Едва ли мы делаем достаточно в этом направлении. Но это не то же самое, что создание и возвышение должностей, таких как служители или старейшины.

Вы знаете, не трудно стать старейшиной у квакеров. Я один из них. Как я это сделал? Я продолжал дышать. И скоро, очень скоро я стал квакерским старейшиной. Вы хотите быть квакерским старейшиной? Побродите вокруг некоторое время. Потому что у вас есть ценные качества. Получилось у меня, получится и у вас. Дело времени.

Должность создает лишь проблемы. У нас были проблемы с этим. Одна из проблем незнания своей истории в незнании того, что эти вещи исчезли не по мановению волшебной палочки. Они были упразднены, они были отменены, и были отменены по очень веским причинам. В основном из-за хронического злоупотребления властью. Я слышу, как сегодня раздается: «О, мы должны иметь это снова… Вы можете доверять нам. Мы не будем поддаваться соблазнам власти. Нееет, мы не такие! Мы другие, мы лучше, мы новые. Наше самосознание возросло». У меня для вас есть важная информация, если вы доверяете. Есть важная информация и совет. Не делайте этого! Если люди хотят иметь неформальные комитеты для поддержки и помощи в развитии своих служений, это прекрасно. Сделать это официальной должностью? Нет. Плохая идея.

Г.Э.: Читая эти книги, одно я действительно, как читатель, оценил – то, что вы, кажется, с удовольствием воссоздавали сцены, основанные на документах, которые фактически привели вас, как историка, к открытиям. Было ли вам интересно их писать?

Ч.Ф.: Ну, в каком-то смысле да. Я имею в виду, конечно, я хотел делать это, и я рад, что я сделал это, но на самом деле это было очень сложно во многих отношениях, потому что период, который я описывал – примерно с 1840 до 1940 год – начинается со скатывания в войну и заканчивается скатыванием в войну. И я чувствовал, что смотрел через чье-то окно на сцену промежутком с 1840 по 1860 годы, и вот все эти квакеры – даже с которыми я был не согласен – желали покончить с рабством и желали сделать это мирно, и я знаю, что у них это не получится. Они предстали передо мной очень реальным людьми, и это было трудно пережить.

Так что это было на самом деле довольно изнурительно. Я, конечно, благодарен учебному центру Пендл-Хилл за возможность использовать девять месяцев в качестве стипендиата программы Кэдбери и сделать эти исследования. И если это получилось таким ярким для читателей, то я тоже этому рад.

Г.Э.: Хорошо. Сегодняшнее время подходит к концу. Чтобы немного лучше разобраться в теме, вы можете прочитать обзор книги Чака «Ангелы прогресса» в августовском [2014] номере «Френдз Джорнэл». Это «Ангелы прогресса», которая является документами о прогрессивных Друзьях с небольшим количеством комментариев, а затем идет вторая книга – «Переработка Друзей» – историческое повествование. Они обе доступны на Amazon.com или на QuakerBooks.org. Спасибо, Чак. Я благодарен, что вы были с нами.

Ч.Ф.: Спасибо, Гейб. И я благодарен.

Поделиться:


Похожие темы: