Квакеры и суфии, а также…

Выходи за пределы привязанностей к названиям.
Всякая война и любой конфликт между людьми
происходят из-за несогласия о названиях.
Это такая нелепая глупость,
потому что рядом, за рамками спора
находится стол сотрудничества,
накрытый и ожидающий всех нас.

Восхвален Единый,
Так что едина и хвала,
многие сосуды излиты в громадный Сосуд.
Все религии, все поющие – едина песнь.
Различия – лишь иллюзии и тщета.
Свет по-разному падает на одну
и другую стену,
и совсем иначе – на третью,
но это все тот же свет.
Мы одолжили одежды –
свои ограниченные и конечные личности –
у света,
и вознося хвалу,
мы снова сливаемся с ним.

Джалал ад-Дин Мухаммад Руми, суфийский поэт XIII века

Существует в человеческом уме чистый принцип, который в различных местах и в разное время назывался по-разному; он, тем не менее, чист и происходит от Бога. Этот принцип глубоко внутренний, он не сводится ни к какой религиозной форме, но и не чужд ни одной из них, в нем сердце пребывает в совершенной искренности.

Джон Вулман, квакер XVIII в.

Смиренные, кроткие, милосердные, благочестивые, набожные и преданные души повсюду принадлежат одной религии; и когда смерть снимет маску, они узнают друг друга, хотя различные одеяния, в которые они облачены здесь, делают их незнакомцами.

Уильям Пенн, квакер XVII в., основатель Пенсильвании.

Изучая мировые религии, я интересуюсь тем, как люди в разные периоды времени и в разных местах отвечали на вопросы, которые постоянно и повсеместно занимают человечество: Как объяснить существование зла и страданий? Почему все мы болезненно воспринимаем собственное несоответствие этическим идеалам? В чем смысл жизни, вселенной и всего сущего?

В процессе моих религиоведческих изысканий одним из знаковых моментов стала параллель между суфизмом и квакерством. Меня поразило, что суфии для ислама являются тем же, чем квакеры для христианства. И суфизм, и квакерство основаны на представлении о том, что Бога можно узнать прямо и непосредственно. Оба эти течения включают внутреннюю и мистическую практику и одновременно предполагают сострадательное участие в делах внешнего мира. Оба подчеркивают мир, равенство, правду и простоту. Оба воспринимают Бога как любящее, благое, милостивое и неизменное присутствие. Оба вызывают подозрительное или даже презрительное отношение со стороны защитников ортодоксии своих религий.

Конечно, существуют различия между квакерами и суфиями. Каждое из этих течений зародилось в определенном месте, в свое время и в рамках собственной культуры, и они принадлежат двум разным религиям. И все-таки их сходство кажется мне примечательным. Думаю, что оно достойно стать предметом дальнейшего исследования.

Некоторые наблюдатели – как мусульмане, так и не-мусульмане – считают суфизм или что-то подобное ему будущим ислама. А что, если квакерство или что-то, похожее на квакерство, например, гибрид буддизма и христианства – это будущее христианства? Ислам и христианство, в своих мистически ориентированных проявлениях (квакерство и суфизм), видят друг в друге спутников или даже собратьев на общем пути возвращения домой.

Возможно, это несколько надуманно и самонадеянно, но только представьте, что будет, если однажды две трети населения Земли – христиане и мусульмане – найдут общую основу во внутренне переживаемом присутствии Бога Любви, над всеми доктринальными барьерами? Как писал Руми: «За пределами представлений о правильных и неправильных действиях есть поле. Я встречу тебя там».

И это не ограничено лишь квакерами и суфиями, подобные секты с похожими ценностями есть в индуизме, буддизме, иудаизме и т.д. Мистики. Эзотерики. В каждой религии есть свои мистики, которые стремятся к единению и открытости, так же как существуют и ее нацеленные на внешнее последователи, стремящиеся к эксклюзивности, буквализму и фундаментализму. Фундаменталисты видят в других религиях соперников, в то время как мистики различных религиозных убеждений признают друг в друге родственные души.

Что, если траектория нашей человеческой истории ведет к взаимозависимому единству друг с другом в присутствии Бога, в ком мы «живем и движемся, и существуем» без потери нашего поразительного разнообразия? Мне ближе такие описания – показывающие Бога, открывшегося в Иисусе – нежели смерть и мрак историй Армагеддона, которые так нравятся буквалистам в христианстве и исламе.

Возможно ли для христианина, мусульманина или буддиста, индуиста или сикха, или же атеиста, или кого-то еще – принять подобные идеи общего доступа к Истине при сохранении верности своей религиозной системе? Я верю в это. На самом деле, я думаю, что это ближе к сути всех мировых религий и лучшему в человеческой природе. Такими мы были задуманы, и так мы можем выжить в качестве вида.

15 июля 2017

Источник

 

Об авторе:

Дэниель Р. (Дэнни) Коулман – буддист, созерцатель, прогрессивный квакер и христианский теолог, автор книги «Присутствие и прогресс».

 

Поделиться: