Заявление квакеров Джермантауна против рабства, 1688 г.

Заявление квакеров Джермантауна, составленное в 1688 г., стало первым выражением протеста против афро-американского рабства от имени религиозной организации в британских колониях. Оно было составлено Францем Даниелем Пасториусом и подписано им и еще тремя квакерами, проживавшими в Джермантауне, Пенсильвания (ныне часть Филадельфии), от имени Джермантаунского собрания Религиозного общества Друзей. Заявление было направлено в месячное, квартальное и годовое собрания. С их стороны не последовало каких-либо дальнейших действий. По словам Джона Гринлифа Уиттьера оригинал документа был обнаружен в 1844 году Филадельфийским антикваром Натаном Кайтом и опубликован в журнале «Френд».

Исторические предпосылки

Пенсильвания была основана в 1682 году Уильямом Пенном как английская колония, где могли бы селиться люди из любой страны и любой веры, и где не было бы религиозных преследований. В качестве погашения долга перед отцом Пенна его сын Уильям получил от английского короля Карла II большую территорию земли к западу от Нью-Джерси, которую назвали Пенсильванией в честь отца Уильяма, адмирала Пенна. Пенн подружился с Джорджем Фоксом, основателем Общества Друзей, членов которого называли квакерами. Пенн обратился в квакерскую веру. За свои убеждения его несколько раз заточали в тюрьму. Король разрешил Пенну создать собственную колонию, где тот мог бы сам назначать губернатора и судей. Однако Пенн установил в колонии демократическую систему правления с религиозной свободой, справедливыми судами, избираемыми представителями и отделением церкви от государства.

В период с 1660 по 1680 год несколько квакеров, включая Уильяма Пенна, приезжали в Нидерланды и долину Рейна, которая позже стала частью Германии, для организации встреч, на которых они проповедовали квакерские свидетельства (принципы). Многие люди, в том числе некоторые из меннонитов Крефельда и Кригсхайма (ныне часть меннонитской общины Монсхайма, Германия) в немецком Пфальце приняли новую квакерскую веру. Среди них был Франц Даниель Пасториус, молодой немец, родившийся близ Вюрцбурга в семье высокопоставленного чиновника. После учебы на юриста Пасториус стал на путь духовных поисков с целью вырваться из оков своей безбедной, но неинтересной жизни мелкопоместного дворянина. Он обратился внутрь себя, пытаясь найти философскую чистоту своей жизни. Его привлекла колония Пенна как место, где религиозная свобода позволила бы ему снова начать жизнь, свободную от «либертинизма и грехов европейского мира». В те времена меннониты и квакеры в Нидерландах и в долине Рейна часто штрафовались или заключались в тюрьму за публичную проповедь веры, отличной от официально признанных реформатской церкви, католицизма и лютеранства.

В 1681 году Пенн пригласил людей из своей родной Англии и из других европейских стран приезжать в его новую колонию. Сам он прибыл туда в 1682 году, осмотрел земли, заложил Филадельфию, стараясь сделать ее приветливым городом, спланированном в виде сетки со множеством зеленых насаждений, и стал продавать земельные участки. Вскоре набережная наполнилась деловитой суетой, вдоль городских улиц выросли дома, помещавшиеся на узких земельных участках, были возведены церкви нескольких конфессий. Городские купцы торговали с большой квакерской колонией в Западном Джерси. Город и окружавшие его земли процветали.

Немецкое поселение

В 1683 году Пасториус получил полномочия на покупку земли в новой колонии Пенсильвания от группы людей из Франкфурта, намеревавшихся эмигрировать. В августе 1683 года он отправился в Филадельфию, где у агента Пенна приобрел документы на земельную собственность для снабдивших его деньгами жителей Франкфурта. В октябре 1683 года на свои новые земельные участки прибывают тринадцать немецких и голландских семей из Крефельда (в долине Рейна). Воспользовавшись шансом создать жизнеспособный немецкоязычный город, Пасториус договаривается с Пенном об объединении двух земельных наделов. Франкфуртская группа так никогда и не переехала в новую колонию, но из долины Рейна прибывали еще квакеры и меннониты. Амбициозный план Пасториуса насчет создания немецкоязычного города поблизости от Филадельфии получил развитие и стал реальностью.

Первоначальная схема Джермантауна, созданная Пасториусом, 1688 год. Город располагался на небольшом холме между двумя речками, которые могли обеспечить транспортную доступность и энергию для водяных колес.

Первоначальная схема Джермантауна, созданная Пасториусом, 1688 год. Город располагался на небольшом холме между двумя речками, которые могли обеспечить транспортную доступность и энергию для водяных колес.

Пасториус нарисовал простой план городка, с участками под застройку, расположенными вдоль одной длинной дороги. Ему нужна была земля, пригодная для обработки, потому что эмигранты должны были заниматься сельским хозяйством для выживания. Пасториус и Пенн стали хорошими друзьями. Они часто за ужином обсуждали планы по развитию нового поселения. Земля, первоначально обещанная Пасториусу, должна была быть ровной и лежать у судоходной реки. Пасториус заплатил за 6000 акров (24 кв.км.), расположенных смежно. Однако подходящего участка земли недалеко от Филадельфии на реке Делавэр не нашлось, поскольку ровная земля ценилась, и большая ее часть уже была распродана. Пенн предложил землю возле водопада Шуйлкилл (Восточный водопад), но с точки зрения Пасториуса она была слишком холмистой. Поэтому вместо нее Пенн предложил землю немного дальше на восток, недалеко от вершины невысокого холма между двумя речками, и Пасториус согласился. Таким образом, Джермантаун был основан вдоль тропы Ленни Ленапе в четырех милях к северу от Филадельфии, между речушками Виссахикон и Вингохинг. Пасториус начал обследование земли. В первую зиму семьи жили в самой Филадельфии и занимались расчисткой земли для своих временных бревенчатых домов. Джермантаун стал отдельно расположенным и самостоятельным городом голландских и немецких поселенцев.

Тринадцать первоначальных семей из Крефельда были меннонитами, которые перешли в квакерскую веру в своей родной Голландии еще до прибытия в Пенсильванию. Поскольку у себя на родине они подвергались преследованиям из-за своих убеждений, то понимали ценность сообщества, одним из основополагающих принципов которого является религиозная терпимость. В отличие от Пасториуса они не были богатыми людьми, однако они были искусными мастерами, которые знали, что им придется много работать, чтобы прокормить себя. Это были люди разных городских профессий: плотники, ткачи, красильщики, портные, сапожниками, поэтому они не были полностью подготовлены к тяжелой работе по расчистке леса. В первый год они расчистили землю и посадили пищевые сельхозкультуры и лен для ткачества. Они построили ткацкие станки и вскоре стали выпускать льняную ткань, которая находила спрос повсеместно в колониях.

Барельефный портрет Франца Даниэля Пасториуса, ок. 1897. Из Библиотеки Конгресса.

Барельефный портрет Франца Даниэля Пасториуса, ок. 1897. Из Библиотеки Конгресса

Ситуация с рабовладением

Некоторые из ранних английских поселенцев Филадельфии и окрестных городков были богатыми людьми и покупали рабов для работы на своих фермах. Хотя многие из этих рабовладельцев также иммигрировали, чтобы избежать религиозных преследований, они не видели ничего зазорного во владении рабами. Крепостное право было отменено в северо-западной Европе к 1500 году, однако рабство было повсеместным явлением в Европе, иногда в суровых проявлениях. Многие иммигранты, прибывшие в новую колонию, были должниками, которых брали на корабль, идущий в новую колонию, в обмен на то, что они отработают свой долг на новом месте. В колониях повсеместно использовались рабы. Их было несложно купить на местных рынках рабов. Работорговля находилась под защитой британской короны, а некоторые считали ее необходимым условием для экономического развития колоний. Она оправдывалась расизмом и нетерпимостью к тем культурам, которые многие британцы считали «нецивилизованными». Многие судовладельцы и капитаны судов получали большие прибыли, перевозя рабов из Африки на острова Карибского моря и в материковые колонии. Уильям Пенн следил за экономическим прогрессом своей колонии и однажды с гордостью заявил, что в течение года в Филадельфию пришло десять судов с рабами.

К первыми поселенцами Джермантауна вскоре присоединились еще несколько квакеров и меннонитов из Кригсхайма, расположенного также в долине Рейна, которые были этническими немцами, но говорили на диалекте, схожем с диалектом голландцев из Крефельда. Некоторые из них из прагматизма посещали местные квакерские собрания, проводимые в недавно построенных домах иммигрантов, вовлекались в деятельность сообщества квакеров Филадельфии и в конечном итоге вступали в него на правах членов. Тем не менее, в некоторой степени они чувствовали себя внешним элементом, что позволяло им замечать и ставить под сомнение то, что не получалось у англичан. Некоторые из них посещали собрания квакеров временно, ожидая прибытия какого-нибудь меннонитского проповедника. В последствии они помогали построить первый меннонитский дом собраний.

Город процветал и рос. Квакерское собрание располагалось в доме Тонса Кундерса и находилось под опекой Дублинского собрания (Абингтон). К 1686 году был построен квакерский дом собраний, располагавшийся рядом с нынешним местом расположения Джермантаунского собрания Друзей.

Дом Тонса Кундерса на Джермантаунском авеню, 5109, где в 1688 г. была написана петиция против рабства.

Дом Тонса Кундерса на Джермантаунском авеню, 5109, где в 1688 г. была написано заявление против рабства.

Немецко-голландским поселенцам было непривычно рабство, хотя они понимали, что их британские соседи заводят рабов из-за нехватки рабочей силы в хозяйстве. Рабы и работники-должники были для фермеров ценным ресурсом, потому что им не нужно было платить. Тем не менее, сами немецко-голландские поселенцы отказывались покупать рабов и быстро заметили противоречивость системы работорговли и принудительного труда на фермах. Хотя в своих родных Германии и Голландии эти поселенцы подвергались преследованиям за убеждения, к рабскому труду там привлекались только люди, которых осудили за преступления. Революционным скачком сознательности стало то, что жители Джермантауна увидели принципиальное сходство между правом быть свободными от преследований за религиозные убеждения и правом быть свободными от принудительного труда.

Содержание заявления

В 1688 году, через пять лет после основания Джермантауна, Пасториус и еще трое мужчин отправили заявление в Дублинское квакерское собрание. Они собрались в доме Тонса Кундерса и написали текст, основываясь на Золотом правиле из Библии: «Поступайте с другими так, как вы хотите, чтобы они поступали с вами». В нем они призвали собрание упразднить рабство. Содержание документа необычно тем, что в нем нет ожидаемого приветствия собратьев-квакеров и не содержится упоминания Иисуса и Бога. В нем утверждается, что каждый человек, независимо от убеждения, цвета кожи или этнической принадлежности, имеет права, которые не должны нарушаться.

Ссылка на Золотое правило в заявлении используется как аргумент против рабства и в пользу общечеловеческих прав. На первый взгляд этот аргумент в тексте представлен косвенно. Нигде нет просьбы к собранию осудить практику рабства. Вместо этого, ссылаясь на Золотое правило, четыре человека спрашивают, почему христианам разрешено покупать рабов и владеть ими. Стиль близок к насмешливому сарказму для побуждения рабовладельцев заметить эту точку зрения. Такой прием вряд ли был очень успешным, но от утонченных деталей аргументации было бы слишком легко отмахнуться. Они категорично утверждают, опять же со ссылкой на Золотое правило, что в их обществе захват и продажа обычных людей в качестве рабов, когда разъединяют мужей, жен, детей, не должны разрешаться.

Эти четыре человека также заявляют, что согласно Золотому правилу рабы имеют право на восстание, и что привлечение большего количества людей на новую землю будет трудным делом, если потенциальные поселенцы увидят противоречивую сущность рабства. Говоря о возможности восстания рабов, они явно предупреждали английских колонистов о том, что рабство будет препятствовать эмиграции потенциальных поселенцев. В карибских колониях в течение нескольких десятилетий было много восстаний рабов, поэтому такая вероятность была реальной. Однако набор аргументов, предназначенных для потенциальных поселенцев из Европы, был бóльшим, чем устрашение восстанием. Логика заявления подкреплялась вновь обозначенными универсальными правами, применимыми ко всем людям, не только к «цивилизованным». В заявлении есть несколько примеров таких контринтуитивных, но убедительных аргументов, направленных на то, чтобы расшевелить читателя-рабовладельца.

В заявлении содержится несколько трудных мест для читателя, незнакомого с ее исторической канвой. Во-первых, сегодня грамматика заявления кажется необычной, но отражает несовершенное знание крефельдцами английского языка, а также типичное для тех времен использование изменчивой орфографии.

Во-вторых, в заявлении упоминаются турки, как пример людей, которые могут поместить на корабль в качестве раба жителя своей же родной Турции. Четверка авторов ссылается на широко известные истории о берберских пиратах, которые создали базы на побережье Северной Африки и сотни лет грабили корабли. После того, как в 1492 году мавры были изгнаны из Испании, они совершали набеги на испанское побережье, испанцы же отвечали своими атаками. Берберские пираты в период 1518–1587 годов были связаны с Оттоманской империей и захваченных рабов отправляли в Северную Африку или Турцию. Таким образом, в ранний период их мотивация была политической. В более поздний период, в XVII веке, североафриканские пиратские общины стали более независимыми и жили в основном за счет грабежей, поэтому мотивация пиратства стала в основном экономической. Предполагается, что в тот период в Алжире в качестве рабов содержалось до 20000 пленников-христиан. Пиратские корабли шныряли по Средиземному морю и Северной Атлантике, часто захватывая рабов из Италии и Испании, но добирались они на севере аж до Исландии. Среди берберских пиратов были и выходцы из стран Европы, в том числе Англии и Голландии. Некоторых англичан, французов и немцев удалось выкупить из рабства. Вернувшиеся поведали христианскому миру истории о разбое пиратов, захватывающих рабов. Во время написания заявления в Марокко в качестве пленников-рабов находилось несколько Друзей, в том числе капитан корабля, который доставил Пасториуса и его соотечественников в Пенсильванию.

В-третьих, в заявлении черные рабы назывались negers, что было немецким и голландским словом, означающим «черный» или «негр». В 1688 году этот термин был просто описательным и никоим образом не унизительным. Судя по тексту заявления, его авторы проявляют уважение к порабощенным людям и высказываются о них, как о равных.

Воздействие, оказанное документом

Четверка представила свое заявление местному месячному собранию, но неясно, какой результат ими ожидался. Хотя они и были частью квакерского сообщества, но оставались неким внешним элементом, поскольку не могли свободно говорить или писать по-английски. Кроме того, их самобытный взгляд на рабство был уникальным и для Джермантауна. С самого начала они, должно быть, понимали, что им будет трудно убедить всю колонию отменить рабство, поскольку среди жителей колонии было широко распространено мнение о зависимости ее процветания от рабства. Неясно, ожидала ли четверка поддержки от своего местного собрания, так как они знали, что соседние собрания вероятно такую точку зрения не поддержат, и последствия их петиции могут проявиться лишь в далекой перспективе. Собрание решило, что, хотя этот вопрос является важным и справедливым, он слишком сложный и может повлечь серьезные последствия, поэтому его необходимо будет рассмотреть в дальнейшем. Согласно принятому порядку собрание отправило заявление квартальному собранию в Филадельфию, где оно снова было рассмотрено и отправлено в Филадельфийское годовое собрание (состоявшееся в Берлингтоне, Нью-Джерси). Понимая, что ликвидация рабства окажет глобальное и многостороннее влияние на всю колонию, ни одно из получивших его собраний не захотело высказать суждение по такому «весомому вопросу». Филадельфийское годовое собрание внесло в протокол, что они отправят заявление в Лондонское годовое собрание. Нигде не упоминается, было ли это сделано в действительности, и по этому поводу прямых доказательств не обнаружено. В протоколах Лондонского годового собрания нет прямого упоминания об этом заявлении, вероятно поднятую проблему предпочли обойти стороной.

В квакерском сообществе практика рабовладения продолжалась, к этому явлению терпимо относились в первые годы после появления заявления. Некоторые из его авторов продолжали протестовать против рабства, но в течение десяти лет все их попытки не приводили к успеху. Джермантаун продолжал процветать, росли его население и экономическое благосостояние. Стали широко известными своим качеством такие его товары, как бумага и ткани. В конце концов некоторые из первопоселенцев из Крефельда присоединились к меннонитам и покинули Джермантаун, по крайней мере частично из-за своего нежелания жить рядом с рабовладельцами. В течение следующих нескольких десятилетий квакеры написали еще ряд петиций и заявлений протеста против рабства, но в их основании лежали расистские или же практические аргументы, базирующиеся на принижении по расовым признакам. Некоторые из заявлений протеста были путанными в вопросах политики и богословия, и в результате были отклонены Филадельфийским годовым собранием, запутывая саму проблему. Прошло почти три десятилетия, пока появилось другое квакерское заявление о рабстве, написанное с аргументацией, сопоставимой по сложности с заявлением 1688 года. Однако жители Джермантауна продолжали порицать рабство, и их моральное лидерство в этом вопросе оказало влияние на квакеров-аболиционистов и общество Филадельфии.

Постепенно в течение следующего столетия, благодаря усилиям многих выдающихся квакеров, таких как Бенджамин Лэй, Джон Вулман и Энтони Бенезет, квакеры пришли к убежденности в сущностной ошибочности института рабства. Многие из квакеров-аболиционистов анонимно публиковали свои статьи в газете Бенджамина Франклина. В 1776 году Филадельфийское годовое собрание выпустило заявление о запрете владения рабами. К тому времени многие квакерские квартальные собрания в долине реки Делавэр старались помогать освобожденным рабам, предоставляя им средства для начала ведения своего дела или поощряя их посещать квакерские собрания и давать образование своим детям.

Заявление 1688 года было первым американским документом, в котором упоминалось о правах человека, одинаковых для всех. Оно установило высокий уровень аргументации в вопросах социальной справедливости и равенства, который продолжал усиливаться в Пенсильвании и других колониях – благодаря Декларации независимости, движению за отмену рабства, движению за избирательное право для женщин – что в конечном итоге привело к упоминанию Линкольном прав человека в его Геттисбергской речи.

Историческая и общественная важность

Заявление 1688 года отложили и забыли до 1844 года, когда оно вновь было обнаружено и очутилось в центре внимания расцветающего аболиционистского движения в Соединенных Штатах. После столетия общественного внимания оно было утеряно и снова обнаружено в марте 2005 года в хранилище Дома собраний на Арч-стрит (Филадельфия). Оно было обнаружено в поврежденном состоянии, с порывами на краях, бумажной лентой, закрывающей пустоты, и рукописными отметками того места, где документ первоначально хранился. Его железистые чернила медленно исчезали, становясь серыми. Чтобы сохранить документ для будущих поколений, он был отреставрирован в Центре сохранения культурных и исторических артефактов (CCAHA) в Филадельфии. В документе удалили следы предыдущих починок, убрали слои клеящих веществ, восстановили кислотность бумаги и уменьшили ее обесцвеченность. В настоящее время он содержится в совместном хранилище квакерских Хаверфордского и Свортморского колледжей. Сегодня заявление 1688 года служит многим важным напоминанием об исходных пунктах общей свободы и равенства.

В мире, где рабство во многих формах еще продолжает существовать, заявление 1688 года многим представляется актуальным благодаря тому, что в нем содержится упоминание о природе человеческих страданий и институтах, которые поддерживают существование несправедливости, опирающейся на силу и традиции. Как сообщается в СМИ, сейчас во многих странах людей обманом отправляют в чужие земли, где содержат в тяжелых условиях и вынуждают работать за мизерную плату. Сила экономического прогресса в некоторых случаях создает условия, когда люди с низким образованием и ресурсами вынуждены покидать родину, и на новом месте не жалуются из-за страха потерять работу. Особенно уязвимы этнические меньшинства и женщины многих стран третьего мира. Общества, которые иногда называют «развитыми», в определенной степени зависят от дешевой рабочей силы и ресурсов, получаемых от тех, кто менее удачлив. Надежда на всеобщее равноправие является мощным мотиватором, который может помочь достижению экономического прогресса и экологической ответственности во всем мире.

Источник

Поделиться: